Во всю мощь работала дробилка, и кварцевая пыль заставляла всех находящихся внутри молодых парней и взрослых мужчин разрываться в лающем кашле. Но надзирателей мало заботило здоровье рабов. Для них самым главным были результаты, и чем они хуже, тем несчастнее становилась доля заключенных внутри рудника людей.

— Кто тебе разрешил отдыхать? — гаркнул на меха один из стражников, — если не хочешь остаться без ужина, возвращайся к работе.

— Без ужина, — передразнил мужчину Волконский, — я на вашем рационе уже в скелет превратился. Моя невеста от страха сбежит.

Стражник громко рассмеялся.

— Какая невеста, мех? Забудь, как страшный сон. Свобода тебе никогда не светит.

Макс собрался было блеснуть сарказмом, но тут раздался шорох и на свет вышел еще один стражник, что вел перед собой двух щуплых, избитых, но поддерживающих друг друга парней.

— Принимайте подкрепление, — бросил он и вновь скрылся из глаз.

Тот самый стражник, что переговаривался с Максом, швырнул к их ногам кирки, и когда один из пленников резко поднял голову, Волконский нахмурился.

К мерным ударам железа о камень невозможно было привыкнуть. Они вызывали жуткую головную боль, которая уходила лишь с приходом темноты, когда стражники провожали всех заключенных к надежно охраняемому ветхому бараку, где располагались спальные места, представляющие собой брошенные на грязный деревянный пол, проеденные чернотой лежанки.

Максу отводилась та, что находилась ближе к окну и именно к ней он сейчас и направлялся, делая незаметный знак рукой Джо и не отлипающему от него парню следовать за ним.

За целый день в шахте у них не было возможности перекинуться и парой слов. То мешала работа, то крутившиеся поблизости надзиратели. А сейчас делать это нужно было осторожно, чтобы тебя не приложили духовым ружьем по голове, или по другим не менее чувствительным местам.

— Что ты здесь делаешь? Где Лекса? — не снижая голоса произнес Джо прежде, чем мех металлической ладонью зажал ему рот.

— Говори шепотом, тут даже у стен есть уши, — парень вроде бы понял и Макс отпустил его, кивнув на свободное место рядом с его лежанкой.

Джо с приятелем расположились, прикрыли глаза и стали ждать, когда последний из стражников, убедившись в том, что все заключенные спят, погасит газовые лампы.

Как только это произошло, Волконский принял сидячее положение и прошептал:

— Как вы здесь оказались? — парни последовали его примеру и тоже поднялись.

— Это моя вина, — тяжело вздохнул Джо, — я был чересчур самоуверен и не учел тот факт, что Армана может удерживать не один, а трое похитителей. Они скрутили меня прямо на перроне, когда я бросился к покинувшему поезд другу. Затем затолкали нас в экипаж и привезли сюда.