Схватив Макса за плечи, двое громил перекрыли ему путь, злобно буравя глазками-бусинками на страшных рожах.

— Мне нужно увидеться с ее величеством, передайте, что это срочно, — спокойно произнес мех, не желая ввязываться в заведомо проигрышную драку.

— Вали отсюда, пока цел, — прошипел один из мужчин и, решив, видимо, не ждать, пока до парня дойдут его слова, замахнулся внушительным кулаком, который был тут же пойман металлической ладонью.

— Передайте ее величеству, что ее желает видеть человек, у которого есть новости о принцессе Александре, — весело улыбнулся стражникам Макс, как будто они были лучшими друзьями и вели светский разговор.

Он отпустил кулак, и мужчины, нахмурившись, переглянулись. Затем один из них бросился в императорскую ложу, а второй злобно прорычал:

Его приятель вернулся через пару минут и кивнул второму стражу.

— Можешь проходить, но сначала мы тебя обыщем, щенок, — мех даже не сопротивлялся.

Изнутри императорская ложа напоминала мини-гостиную, с позолоченными стульями, столиком, где лежали серебряные блюда с фруктами и застилавшим пол узорчатым ковром ручной работы.

На единственном занятом стуле сидела красивая, сорокалетняя женщина в бежевом атласном платье. В руках она держала гогглы с увеличительными линзами, через которые смотрела спектакль.

— Ваше величество, — Максим поклонился, ожидая, когда императрица заговорит первой.

— Мне сообщили, что вы просили о встрече? — она махнула рукой страже, и мужчины вышли из ложи, закрыв за собой дверь, — и вроде как разговор касается моей племянницы?

— Все верно ваше величество. Я хотел сообщить, что принцесса Александра нашлась. Она здесь, в театре, и с нетерпением ожидает встречи с вами, — Макс замолчал, ожидая бурной реакции на свои слова, но той не последовало. Женщина молчала, продолжая изучать его внимательным взглядом. Затем тяжело вздохнула.

— Вы знаете, что только за сегодняшний день вы уже второй человек, кто сообщает мне эту «радостную» новость? А если считать с того дня, как объявление о награде появилось в газетах, то у меня, по крайней мере, сотня оживших племянниц, и был даже один племянник, выдававший себя за девушку.

— Довольно, молодой человек. Я устала от того, что подобные вам считают меня дурой. Я смирилась с тем, что Алексы больше нет, так не бередите мне душу. Покиньте мою ложу, и никогда не возвращайтесь, иначе…

— Вы хотя бы взгляните на нее, пообщайтесь.