– Сейчас, только возьму куртку, – сказал я, допивая кофе, – и поедем.

Она с облегчением кивнула: пустота моей домашней жизни огорчила ее. Пяти минут этой девушке хватило, чтобы все понять.

В спальне я взял куртку и переложил пистолет из кармана брюк в кобуру, прикрепленную под мышкой. Потом поставил чашку в раковину, перекинул через руку плащ, задернул занавеску в кухню, открыл дверь, и мы с дочерью Кибла вышли на площадку.

Спустившись по четырем пролетам полутемной лестницы, мы попали на залитую светом улицу Путни. Девушка оглянулась и посмотрела на большой старый дом. Как и соседние здания, с годами он потерял респектабельность, а облупившуюся краску не мешало бы подновить.

– Я сомневалась, в этом ли доме вы живете, – призналась дочь Кибла. – Папа сказал, четвертый от угла.

– Он иногда подвозит меня домой.

– Да, он говорил. – Она подошла к белому «Остину», стоявшему возле кустов, и нерешительно остановилась. – Вы не возражаете, если я буду вести?

Она улыбнулась в первый раз с тех пор, как вошла в квартиру. Дружеская благодарная улыбка. Потом открыла дверцу и села за руль. Устраиваясь рядом с ней, я заметил белую табличку с надписью «Новичок», лежавшую на заднем сиденье.

– Когда вы сдали экзамен? – безразличным тоном спросил я.

Теперь ее улыбка стала неуверенной.

Но, несмотря на неопытность, она вела машину осторожно и уверенно, спокойно переключая скорость, хотя и немного злоупотребляя сигналом. Она умело миновала напряженное движение в Чизвике и поднялась по развилке на шоссе М4. Гигантский дорожный знак оповещал, что новичкам запрещается ездить по шоссе М4. Она лукаво сморщила нос, когда мы проехали это предупреждение.

– Вам пришлось выбрать это шоссе, чтобы заехать за мной? – лениво спросил я.

– О, нет. Я живу в Южном Кенте, в пансионе, нас там шестьдесят девушек. Папа позвонил и сказал, что раз я поеду в Лондон на уик-энд, то могу забрать вас и встретиться с ним в Хенли. Кстати, для меня практика.

Мы ехали со скоростью пятьдесят миль в час, как полагается новичкам, но теперь она решительно нажала на акселератор.

– Боитесь? – Стрелка спидометра показывала шестьдесят пять миль.

– Нет, – сухо улыбнулся я.

– И правда... – Руки ее напряженно вцепились в руль, первый признак неопытности. – И правда, у вас вид человека, которого нелегко напугать.

Я удивленно взглянул на нее. У меня самый обыкновенный вид. Спокойный и неприметный. Это полезно для моей работы.

– Во всяком случае, – откровенно продолжала она, – я спросила у папы, можно ли мне ехать этим путем, и он сказал, что, по его мнению, нервы у вас выдержат. Он почему-то нашел мой вопрос очень смешным.

– У него своеобразный юмор.

Сосредоточившись на дороге, она несколько миль вела машину молча.