— В Ривердейле сегодня состоится игра, и всем хочется ее посмотреть. Это ненадолго. А задание закончу во время уик-энда.

— Чтобы закончить их все, у тебя остается ровно две недели, — строго сказала Алекса. Они с Саванной жили вдвоем почти одиннадцать лет, с тех пор как дочери исполнилось шесть. — Не слишком увлекайся свиданиями, сейчас не до них.

— В таком случае придется отдохнуть от школы перед поступлением в колледж, — поддразнила ее Саванна. Им было хорошо вместе, и они любили друг друга. Саванна без малейшего смущения признавалась своим приятелям, что мама — ее лучший друг, и те тоже считали ее очень современной и вообще классной. Каждый год в День карьеры Алекса брала нескольких из них в свой офис. Но Саванна не горела желанием посвятить себя юриспруденции. Она хотела стать либо журналистом, либо психологом, хотя пока еще не решила окончательно, пользуясь правом не объявлять о выборе профилирующей дисциплины в течение двух первых лет учебы в колледже.

— Если ты возьмешь каникулы на год, то, возможно, и я сделаю то же самое. Я устала, потому что за последний месяц на меня навалилось множество совершенно дерьмовых дел. Видимо, во время отпусков в людях проявляется самое худшее. Кажется, после Дня благодарения мне пришлось выступить в качестве обвинителя в суде над каждым магазинным вором в городе, — пожаловалась Алекса, когда они вышли из квартиры и направились к лифту. В октябре мать выступала обвинителем по громкому делу об изнасиловании и добилась пожизненного заключения для обвиняемого, который плеснул кислотой женщине в лицо, но с тех пор никаких значительных дел у нее действительно не было.

— Почему бы нам не поехать куда-нибудь в июне, когда я окончу школу? Кстати, папа берет меня на неделю в Вермонт кататься на лыжах, — как бы между прочим сообщила Саванна, когда лифт двинулся вниз. Говоря это, Саванна старалась не смотреть в глаза матери и не видеть выражение ее лица при упоминании об отце. Даже по прошествии одиннадцати лет Алекса не смогла побороть обиду и гнев. И чувство горечи, хотя она никогда не сказала об отце Саванны ничего плохого.

Саванна почти ничего не помнила о разводе, но понимала, что для матери это было тяжелое время. Отец родился в Чарлстоне, в Южной Каролине, и до развода вся семья жила там, а потом мать с дочерью переехали в Нью-Йорк. С тех пор Саванна в Чарлстоне не бывала и, откровенно говоря, даже не вспоминала о нем. Два или три раза в год отец навещал ее в Нью-Йорке, а когда располагал временем, куда-нибудь возил, хотя у него часто менялись планы. Она любила встречаться с отцом и старалась не чувствовать себя предательницей по отношению к матери.