Крупнейшие фабрики Европы по производству линолеума находились у нас в Одессе и в Риге. Джутовая основа, масла качественные. Эх, после революции потеряли мы многое. Ты проведи рукой, потрогай! Резать жалко…

– А ты попробуй у стены планку отодрать, – предложил Коган. – Потом на место поставим, никто и не заметит.

– Боюсь, на клею панелька держится, не на гвоздях. Ну, будем пробовать…

Вытянуть край жесткого линолеума без повреждений не удалось. Но Коган махнул рукой. Все равно пол застелен толстой ковровой дорожкой и место излома никто не заметит. Доски откручивали почти всю ночь, пока несколько подпольщиков следили, чтобы кто-то из посторонних или охрана не увидел или не услышал работу в мягком вагоне.

Когда проем открылся, разведчик сам попробовал пролезть в него и подняться наверх.

– Нормально. Если поезд будет стоять, то пролезть пара пустяков. А на ходу и думать нечего! Все, ребята, складываем доски назад и накрываем! Скоро светать будет.

А вот это уже интересно! Шелестов сдвинул кепку на затылок и даже присвистнул. К поезду подъехала конная рессорная коляска, и оттуда выбрались на нетвердых ногах четверо немецких офицеров.

Судя по их состоянию и расстегнутым воротникам мундиров, им сейчас не хватало еще цыган с гитарами. Проводник покивал, послушно взял из коляски коробку, видимо, с бутылками и отнес в вагон. Офицеры смеялись и похлопывали старика по спине. Одним из четырех пьяных офицеров был Сосновский.

«Вот ведь артист», – подумал Шелестов и покачал головой. Получится или не получится у Михаила попасть на поезд, он не знал. Связи у них в последние двое суток не было. И теперь вот Сосновский в составе пьяной компании садился в поезд.

Между прочим, это говорило о том, что офицеры никакого отношения к охране инженера не имели. Уже проще! Теперь надежда на то, что операция с похищением пройдет удачно, становилась реальной.

Черная машина подъехала к вагону буквально за пять минут до отхода поезда. Шелестов отошел за угол, чтобы его мельком не увидели сопровождающие. Первым из машины вышел мужчина в хорошем сером костюме и шляпе. Он держал дверь открытой и помог выбраться второму мужчине. Тот опирался на плечо за плечо своего спутника, но потом пошел к вагону уже самостоятельно, правда, левую руку он держал прижатой к боку в согнутом положении.

Значит, это и есть инженер Штернберг, а кто же с ним пошел в вагон? Ага, и водитель понес два чемодана следом. Подбежавший офицер откозырял мужчине, тот поднял руку и отдал какое-то распоряжение. Офицер снова козырнул и убежал. Так ведь это Юнге! Штандартенфюрер Юнге! Да, по описанию похож. Значит, лично решил сопроводить. Ну, тем хуже для тебя, Арвед Юнге.

Поезд тронулся точно по расписанию.