Вот откуда эта агрессия…

– Какой же ты…– сложила губы в презрительную полоску.

– Какой? Справедливый? Говорящий правду?

Отпустил сам. Отошел на безопасную дистанцию, чувствуя исходящие от нее флюиды злости…

– Голодную женщину видно, Мадлен… Моя жена не должна ходить голодной…

– Хорошо, куплю себе вибратор, – ответила, бросив на него полный презрения взгляд и желая закрыть эту тему. Она так устала за сегодня, что было не до выяснения отношений…

– Вибратор не поможет такой бешеной сучке, как ты, Маду…– снова усмехнулся, порочно облизав губы. Она чувствовала на себе его темный взгляд. Что на него нашло опять?

– В чем твоя проблема, Диб? Тебе мало баб, которые тебе дают? Что, ты ко мне привязался? Мы ведь с тобой решили еще на том берегу, еще когда только заключали этот идиотский союз– наш брак фиктивный… Для окружающих, для семьи… Мы никогда не будем настоящими мужем и женой. Я больше не хочу от тебя ничего… Да, была минутная слабость… Я была другой, жизнь была другой… Сейчас мне это не нужно… Мы не любим друг друга… Я не хочу так, понимаешь? Ты спросил у меня, каким ты был по счету? Да никаким! Знаешь, почему?! Потому что я тебя никогда и не записывала в счет! Я считала всегда только тех, кто что– то значил для меня… Для кого я, что– то значила! А у нас с тобой никогда, ничего не было… В тот день мы с тобой были не людьми, а двумя кончеными животными! Мне стыдно! Стыдно за ту ночь! Если бы не сын…

– Это ты подсунула мне ту таблетку, – хрипло произнес он, прожигая глазами, – не строй сейчас из себя Мать Магдалену…

Мадлен засмеялась. Сначала еле слышно. Потом все громче и громче. Ее смех перешел в истерику. Из глаз непроизвольно брызнули слезы.

– Какой же ты идиот, Анвар…– покачала головой, вытирая лицо холеными руками, – это была простая аскорбинка… Не было никаких наркотиков! Я и не держала никогда такие вещи в своих руках! Я же все– таки, дочь Увейдата! Одно дело– веселиться, другое– принимать противозаконную дурь!

Она выплюнула это в лицо Анвару, и только темнота скрыла, как он начал белеть на глазах…

– Что ты этим хочешь сказать? – его голос перешел на хрип. Странный, скрипучий, болезненный… Он трезвел на глазах…

– Мы трахались в незамутненном сознании, Анвар… Да, не смотри так удивленно, не было ни наркоты, ни алкоголя, и совести тоже не было… Сыном клянусь! Так что живи теперь с этой мыслью…

С того проклятого дня, как шейх Макдиси пригласил их на ужин, прошло уже недели полторы, но тяжелый, неприятный осадок так и не оставил Амаль. Посеянные Шерифом сомнения и тревоги, как оказалось, нарушили не только ее душевное равновесие, но и неизбежно затронули отношения Фахда и Амаль… Внешне все было хорошо, в постели, на физическом уровне, тоже.