Его обдало жаром от выбитого взрывной волной заднего стекла. Сильно пострадали плечи и лицо. Его бабка была специалистом высокого класса по косметологии. Дочь с семьей на два года переехали к родителям, чтобы восстановить ребенка. Стасику тогда было всего три годика. Он еще долго не понимал, почему на него так странно и долго смотрят люди. Потом начались дразнилки и обзывания.

Со временем шрамы сгладились и побледнели, черты лица чуть выправились. Волосы были уже не такие густые, местами с проплешинами, но они закрывали одно ухо. Его у него практически не было.

Но история эта совершенно не грустная. Стас в седьмом классе пришел в новую школу, и его посадили за одну парту с девочкой. Ее глазки как два уголька смотрели на него внимательно. В них не было страха и любопытства. Он сделал ей бумажный тюльпан и протянул. И когда их руки коснулись, они оба влюбились.

Нина была единственной на всей планете, кроме мамы Стаса, которая не видела его шрамов. Она их не заметила и тогда. И ей казалось, что такой красивый мальчик, не захочет с ней дружить. Но он захотел, и с тех пор она самая счастливая.

Теперь, когда она начинает говорить о своем муже, все думают, что это не о Стасе. Многим не понять этих отношений. Все ищут подвох, причину того, что она с таким как он. Ее выгоду. И не находят. Родители Нины еще за три года до свадьбы дали Стасу беспроцентный займ, и он смог раскрутить успешный бизнес. Теперь молодая семья живет обеспечено. Мама Стаса души не чает в дочке Ниночке. Она ее полюбила в тот же день — 2 сентября, когда увидела, как ее сын выходит из школы не один, а в паре с девочкой, и как они весело разговаривают.

Даша часто в шутку их союз называет — Красавец и Чудовище. У Стаса замечательный спокойный характер. Нина же выросла крученой хохотушкой с остреньким язычком.

— Пошли, сестра, — тянула Нина Дашу на выход, — надо проветрить мозги. Снаружи как раз свежо и хорошо.

Девушки вышли в прохладу улицы и взялись под руки.

— Я понимаю, — тихо говорила Нина, — что такого второго, как Стас, больше нет, — но ты уже давно одна. Я переживаю.

— Просто мне не хочется, — призналась Даша, — отношений, конечно, хочется, а вот всяких там телодвижений для этого, не хочется. Мне лень. Присматриваться, знакомиться, свидания все эти, раздумья типа дать-не-дать. Это уйму времени и сил отнимает. А потом у каждого начинаются мысли, что партнер уже что-то должен. А самое страшное, когда он намекает, что пора съехаться. А это за собой тянет уборку его жилья, готовку, стирку. Это уже не отношения, а…даже не знаю, как назвать. Я чувствую себя женой без штампа в паспорте. Это кошмарно, когда от меня подсознательно уже ожидают, что я начну ему мыть окна, варить борщи, собирать его носки по квартире.