Правда есть минус — зелье не любит свет. Пока разлил по двум флаконам, пока плотно замотал в тряпки, пока прибрал за собой — середина ночи набежала.

— Теперь можно и поспать.

Хотя не скажу, что я хочу спать. Но либо я себя пересиливаю, либо потом весь день клевать носом буду. И какой из меня работник? Усну или рука дрогнет в ненужный момент и неизвестно что произойдет с зельем. Повезет если просто не сработает, а не взорвется. Про остальное не переживаю: в студенческие годы порой засыпали в одном месте, а просыпались в самых неожиданных местах. Вот когда я проснулся на ректорском столе, обнимая при этом его фамильяра… Но это уже отдельная история с шутками и нервами.

Колбы с зельями отправились в самый дальний угол под кроватью, где скопилась вековая пыль и несколько слоев паутины. Зато надежно. Инструменты на стол, я под одеяло. Желудок неожиданно для себя понял, что он вроде как и не прочь уже и поесть — наверное поэтому мне снился жаренный петух в яблоках, которого мне подавал упырь в белом накрахмаленном фартуке.

Моя фантазия не знает границ.

Следующее утро жаренных петухов не принес, а подал кашу и сидр, от которого я отказался.

И вообще я проспал почти до обеда. Не знаю, сторожил ли меня Ульях или это просто совпадение, но стоило мне только выйти из трактира, как он оказался перед мои очами, вытянувшись по стойке смирно: это не я, он сам научился.

— Доброго дня, господин зельевар! — Мальчишка до сих пор наотрез отказывался называть меня что по имени, что по фамилии. «Господин зельевар» и все. — А вас тетя Клара звала.

Вот тут я крайне удивился. Меня? С чего бы?

— А не знаешь зачем? — Несколько помедлил, не спеша на встречу. Но он отрицательно покачал головой, закинув руки за голову.

— Не сказала. Но вы ее не бойтесь.

Да я как бы и нет…но иногда да.

— Что ж. Заставлять ждать даму плохой тон.

Ульях последовал за мной, шагая позади и болтая о том, как они с пацанами видели «вооот такую крысу» белого цвета. Я почти не слушал, кивая в нужный момент, но все равно подумал, что белые огромные крысы — это редкость, если они не домашние. Скорее всего им показалось насчет размера — у страха глаза как у василиска.

— Давайте, господин зельевар, я вас здесь подожду. — Ульях остался за калиткой, глядя на дорогу и начав что-то насвистывать.

А кто-то говорил, что «тетя Клара не кусается».

Возможно, меня действительно ждали — окно распахнулось при моем приближении. Рыжая знахарка в сероватой грубой рубашке и в такой же невзрачной юбке с высокой талией. Зеленые глаза так и сверкали молниями, говорившие отнюдь не о любви ко мне, а даже наоборот — женщина злилась. Так стоило ли подходить к разозленной женщине? Инстинкт самосохранения говорил что не стоило.

— Господин зельевар… — Ее шипению позавидовал и василиск.