— Это наш пирожок, гадина прожорливая! Чтоб тебе…

Он снова кинул чем-то в ворону и снова промахнулся.

— Кар-раул! Кр-р-ровопийца! — истошно завопил феникс (а кто бы еще это был?), улепетывая от разъяренного мага.

— Не уйдешь, говорилка пернатая! — помчался за птицей Эвил, высоко прыгая по глубокому снегу — только полосатые носки мелькали. — Сейчас я тебя!..

Попытки с десятой он все же попал, и ворона, издав последнее душераздирающее «Кар!», рухнула вниз и утонула в пушистом сугробе.

— Ты все-таки ее убил, — ужаснулся Ленир, откопав несчастную птицу.

— Она первая начала! — огрызнулся огневик.

Ворона лежала на спине, вывернув шею и растопырив крылья. Скрюченные лапки торчали вверх надломленными веточками. Эльф несколько раз ткнул бездыханную птаху пальцем, надеясь, что все же ошибся в выводах, но, увы, феникс, на которого возлагалось столько надежд, был мертв.

— Давай хоть труп заберем, — предложил Эвил. — Остаточные эманации еще чувствуются…

Он протянул к птице ладони, выставив так, словно хотел отогреть руки этими самыми остаточными эманациями, и в этот момент феникс вспыхнул ярким пламенем, заставив мага отпрянуть назад.

— Ты зачем это? — возмутился Ленир.

— Это не я, — пробормотал обескуражено огневик.

За секунду, не больше, от вороны осталась лишь кучка пепла. А спустя еще миг эта кучка зашевелилась.

— Феникс! — Эвил стукнул себя кулаком по лбу. — Это же феникс!

Действительно, как можно было забыть? Из-за этого ведь и начался шум: умирает, значит, птичка, а потом возрождается — все по канону.

Из пепла показалась аккуратненькая черная головка. Блестящие глазки испуганно заморгали, заметив растопырившего пальцы эльфа и нависшего над ним с заклинанием наготове мага.

— Пир-рожок? — каркнул вороненок с надеждой.

— Будет тебе пирожок, — пообещал Ленир.

Сцапав теплую, в самом деле очень теплую, птицу, он выдернул из косы ленту, скрутил пленнице лапки, обмотал обреченно сложенные крылья и завязал на шее феникса кокетливый бантик — хоть сейчас кому подарить.

— Кошмар-р-р! — не оценила заботы ворона.

— Ты бы ей лучше клюв завязал, — проворчал Эвил. — И пошли уже, пока я совсем не задубел.

Дядя Эйли, опираясь на палку, встречал их во дворе. Заметив его, Ленир пропустил вперед мага, и лишь когда тот спокойно поравнялся с человеком и заговорил, рискнул приблизиться.

— Странные вы какие-то, — справедливо заметил хозяин Уликов. — Вскочили, побежали.

— Так по утрам бегать для здоровья полезно, — клацая зубами и притопывая на месте, пояснил Эвил.

— И снегом обтираться, — зачем-то добавил эльф, греясь о прижатого к животу феникса.

Мужик поглядел на красные уши принца, оценил носки мага и предпочел промолчать и сделать вид, что даже не заметил ворону в подарочной упаковке.