— И многие получают от тебя такие подарки?

— Знать бы, чем я удостоился подобной чести, — пробормотал маг.

— Ну-у… — она на мгновенье прикрыла глаза. — Ты мне нравишься. Я даже замуж за тебя собиралась…

Лара весело рассмеялась в ответ на его замешательство:

— Расслабься, Сэл. Это было давно, и я так и не определилась между тобой и Тином. — Ее улыбка померкла, уступая место задумчивости: — Очень давно…

— Я решил, что будет неплохо прогуляться, — неожиданно поделился мужчина. — С Витаром. Только вдвоем, как когда-то. Мне кажется, он переживает из-за рождения малышей, боится, что теперь все изменится. Хочу, чтобы он понял, что это не так.

— Он поймет, когда увидит. Но прогулка — хорошая идея. Уже решил, куда? Нет? Сходите на Алеузу. Мои будут рады вам обоим. Особенно мама. Она любит детей. Сейчас как раз готовит подарки для Дэви. У него день рождения через два дня. Он не любит праздновать, никогда не зовет гостей, но она все равно готовит…

Лара вдруг нахмурилась.

— Скажи, она часто жалуется на нас? На меня и Дэви?

— Значит, не жалуется. Кроме тебя ведь и некому. Иногда я думаю, что было бы хорошо, если бы у них с отцом был еще один ребенок. Нормальный.

— Что за глупости? — Сэл присел рядом, на подлокотник. — Родители вас любят, и им не нужны никакие другие дети. А нормальных… хм… Нормальных у них по умолчанию не получится. Наследственность.

— Точно, — девушка встряхнулась, быстро обняла его за шею и поцеловала в щеку, шепнув на ухо: — Наверное, я выбрала бы тебя.

И тут же, не оставляя времени ему на смущение, вскочила и сердито топнула ногой:

А в следующую секунду маг уже остался один.

Рин разворошил угли, подбросил дров и поставил на металлическую поверхность плиты наполненный водой чайник. Для Ленира, в родном мире которого еду до сих пор готовили на открытом огне подобная конструкция печи была в новинку, но Эн-Ферро решил, что в доме есть более интересные для изучения объекты.

— Тут была спальня родителей, — указал он на одну из дверей, снова втащив эльфа в гостиную. — А тут — моя. То есть, сначала — теть Галлина, но потом уже моя.

Он по-хозяйски распахнул двери и остановился на пороге.

— А теперь, кажется, Ларина.

На убранной постели лежало выходное атласное платье, пышное, нежно-зеленое, с изящной вышивкой. Тщательно отутюженное, оно словно ждало того часа, когда его наденут.

На столе были разложены книги, около десятка, все открытые: видимо, Лара делала какие-то выписки. Ленира привлек небольшой нож, вырезанный из оникса, но Эн-Ферро перехватил потянувшуюся к оружию руку.

— У тети Галлы был такой, только черный. Лучше не трогать. Сюда погляди!

На тумбочке у кровати сидела большая фарфоровая кукла.