Не только в политическом смысле но и в обычно-криминальном. Взяточников там ловить и казнокрадов.

— Не сочтут это новой опричниной? — Спустя несколько минут тишины высказал осторожное сомнение Бенкендорф.

— А мы много войск в жандармы верстать не будем, — я пожал плечами, — по батальону на две столицы, по роте на губернский город, по взводу на уездный. Тысяч может десять человек на все выйдет. Два-три полка для новой опричнины маловато.

— Пожалуй, — согласился генерал, — если позволите, я заберу бумаги, изучу их более подробно.

— Конечно, Александр Христофорович, берите, размышляйте… — Я улыбнулся, — вы же знаете, я люблю, когда мои подчинённые умеют думать.

А если они это умение еще и применяют на практике почаще, так и вовсе замечательно. Обмозгуйте за одно возможные персоналии, может есть у вас подходящие кандидаты.

Естественно говорить Бенкендорфу о том, что складывать все яйца в одну корзину и позволять ему подбирать кадры для параллельной спецслужбы никто не позволит, я не собирался. Но пусть посидит подумает, может чего полезного придумает.

Забегая чуть в будущее процесс формирования корпуса жандармов оказался не простым и затянулся на несколько лет.

Сложнее всего оказалось подобрать подходящие для этой работы офицерские кадры. Нужны были офицеры с одной стороны умные, с другой — честные, а с третьей верные. Естественно люди с подобным сочетанием качеств были мягко говоря нарасхват, так что отдавать их неизвестно кому и зачем старшие начальники отнюдь не горели желанием. Наоборот норовили подсунуть всякий третий сорт. Который, как известно, не брак.

Настоящим кадровым кладезем для формирующегося корпуса жандармов стал Кавказ.

Не заканчивающаяся там десятилетиями война сформировала целый отдельный класс боевых офицеров, которые нигде кроме Линии не приживались: были решительными, резкими, любителями говорить правду в лицо и не терпящими воровства и казнокрадства. Это в центральных губерниях офицер мог третировать солдат и разворовывать выделяемые из казны деньги, и ему зачастую за это ничего не было. На Кавказе, такому горе командиру просто прилетела бы «шальная» пуля от неизвестного стрелка и адью. Такие случаи хоть и не афишировались, но вполне случались. Все, кто надо, во всяком случае, были в курсе.

Уже в следующем 1823 году была создана школа жандармских офицеров, куда направлялись строевые поручики и штабс-капитаны для переподготовки по новому профилю, а так же начался набор нижних чинов в местные жандармские команды. Тут предпочтение отдавалось старослужащим, беспорочно оттарабанившим свою десятку и желающим продолжить работу в армейских структурах уже на вольнонаемной основе.