В первые дни прохожие, кэбмены и даже пассажиры курсирующих тут экипажей регулярно материли «сраных ирландцев» за то, что те перегородили проезд, и на улице, соединяющей Сити с Вестминстером постоянно образовывались заторы, но буквально за несколько дней привыкли и вообще перестали обращать на эту деталь пейзажа внимание. Копается там кто-то в грязи, ну и ладно. Именно это ирландцам, собственно говоря, и было нужно.

— Меньше слов, — вновь прикрикнул бригадир. — Больше старания, не надо привлекать к себе внимание. Ждем клиента, как только появится сразу работаем! Есть команда.

По рядам псевдорабочих пронесся слитный вздох облегчения — изображать из себя дорожных каменщиков было весьма утомительно. А учитывая, что работу командир требовал делать тщательно, да еще и совершенно бесплатно — договор с городской ратушей был заключен на фиктивное лицо, и естественно никакой оплаты им в итоге не грозило — ситуация становилась вообще грустной.

Еще и погода как на зло была совершенно типичной для марта в Лондоне. Плюс пять, мелкий моросящий дождь и пронизывающий ветер. В такую погоду возле печки сидеть хорошо да бабу за теплую ляжку щупать, а не вот это вот все. Впрочем, перспектива отправить на тот свет шишку из английского парламента, легко примиряла сынов зеленого острова с необходимостью помокнуть на открытом воздухе.

— Все помнят свои действия? — Несмотря на тщательное планирование, командир ирландцев нервничал, что было видно невооруженным глазом. Он хоть и был одним их тех, кто прошел двухгодичную боевую подготовку в далекой России, однако собственный опыт пока ограничивался только парой мелких нападений на зеленом острове, после которых его перекинули в метрополию и поставили командиром десятки. Это было первое их «громкое» дело и — если говорить совсем уж честно — первая подобного масштаба акция для всего ирландского сопротивления. Крайне важно было тут не налажать. — Приготовить оружие. Напоминаю, что нужно дождаться подрыва и только потом начинать самим.

— Все нормально, командир, — откликнулся Кеннет, самый разговорчивый из бойцов, — не суетись. Мы свое дело знаем.

Рон, привыкший в России к армейской дисциплине, от такой вольности только тяжело вздохнул. Впрочем, другого личного состава под рукой все равно не было, оставалось только смириться. И так ему, по сути, выдали лучших из лучших.

Еще минут через пятнадцать, мальчишка продающий газеты дальше по улице — Флитт стрит здесь плавно изгибалась, образовывая пологую дугу — свистнул условным образом и дополнительно помахал рукой над головой. Вдоль улицы были расставлены несколько наблюдателей, которые должны были подать условный сигнал.