– Приехали, – серьёзным тоном произнёс Андрейка, проходя на кухню. А это вообще нормальное поведение? Вчера они весь день творили всякую чушь, заставляя меня нервничать. Сегодня я всю ночь не спала, думая о них. А сейчас они заявляются ко мне домой, выряженные в героев из кино. А что дальше? Сотрут мне память?

Закрываю дверь и спокойно иду за ними. Только заходя на кухню, вижу, как детвора садится за стол, и Андрей кладёт своё подобие кейса перед собой. Поворачивает голову в мою сторону и, приподнимая подбородок, официально произносит:

– Мы с Маргаритой посовещались, – хотелось съязвить, но не стала. Такой момент портить не хотелось. – И приняли очень важное решение.

Меня казнят? Принесут в жертву дьяволу? Обкидают яйцами? Или ещё хуже… Заставят наяривать тысячу кругов по полигону?

– Огласите решение, Маргарита, – а-а, поняла! Это они судьями стали! А не людьми в чёрном, как мне изначально показалось. – Так и быть, оставайся.

– Чего-чего? – непонимающе переминаюсь с ноги на ноги, чувствуя себя заключённой, которой дали помилование. – Вы ночью в святой воде купались что ли?

– Мы сейчас передумаем, – Андрей своими словами как отрезает. Шуток что ли не понимает? – Продолжай, Марго.

– Короче, – весь официальный тон, который был несколько секунд назад, пропал. И проснулся какой-то гопник на районе… Пора запретить им общаться с охранником. – Можешь оставаться. Не идеальная кандидатура, конечно, но лучшая из всех вариантов.

А вот это я сейчас не поняла.

– Ну-ка, – положив руки на талию, встала в недовольную позу. А это ещё что за выкрутасы? – Какие ещё варианты?

– У нас каждая няня к папе липла. Все неадекватные, и мы выживали их, как могли. Ты точно такая же, но блин не даёшься и папе нравишься. Подумали и поняли, что кандидатуры лучше не будет. Хоть ты и странная, но с тобой весело.

– А как же Маша? То есть мама ваша? – услышав слова детей, подумала, что сплю. Да ну, это не могло быть реальностью. Маленькие дьяволята решили стать ангелочками? Не верю!

– Мы всё слышали, – вклинился Андрей. – Насчёт Олега. Мы не маленькие, сами всё понимаем. Признаёмся: ночью чуть-чуть поплакали. А потом как взрослые люди сели, обсудили и приехали сюда на такси. А ещё нам пора возвращаться, потому что папа может заметить наше отсутствие.

Уже заметил. Но не будем портить такой момент.

Почему-то сейчас я очень гордилась ими. Они молодцы, что смогли принять такую правду о своей матери, с которой, кажется, отношения начали налаживаться.

– Может, обнимемся? – тихо издала смешок, раскрывая для объятий руки. Боялась их реакции, но рискнула.

И зря, потому что малышня спрыгнула со стульев и ринулась ко мне, обнимая.

Ритка зарылась лицом в мягкую ткань моей пижамы и тихо произнесла:

– Прости нас, пожалуйста.