Уже сейчас в ней ощущались очарование и внутренний скрытый огонь. В один прекрасный день Ариана Краймер станет прекрасной грациозной женщиной, обладающей несравненной прелестью. Но сейчас это был гадкий утенок, зеленые глаза которого пылали ненавистью.

— Нет, юная леди, вы ошибаетесь, — заявил Лайон. — Напротив, я явился сюда, чтобы защищать ваши владения от тех, кто захочет покуситься на них. На ваши земли грозят напасть шотландцы, они уже собирают силы на границах Нортумбрии. Но наш король Вильгельм мудр и добр. Он знает, что девочке не под силу защищать свои владения от жадных захватчиков. Поэтому великодушный король Вильгельм подарил мне замок Краймер, чтобы я защищал его от набегов противника. Так мне была оказана великая честь оберегать ваши земли.

— Норманны убили моих отца и братьев, — возразила Ариана. — Вильгельм Завоеватель — ваш король, а не мой. Он подарил вам мой замок, а как, интересно, он собирается распорядиться моей судьбой? Может быть, он хочет изгнать меня из дома и заставить жить с рабами?

— Берегитесь, Ариана, — тихо бросила ей проходившая мимо Надия. — Вы можете попасться в ловушку, хитро расставленную Лайоном.

Ариана пропустила ее замечание мимо ушей. Она не сводила глаз с Лайона. Ярость и обида на этого человека за то, что он явился сюда, чтобы отобрать у нее родовое гнездо, построенное отцом и оставленное ей в наследство, мешали Ариане трезво оценить обстановку. Девушка не замечала красоты стоявшего перед ней воина. А он действительно был обаятельным мужчиной с иссиня-черными волосами и синими глазами. Правильные черты лица придавали ему сходство с античным божеством. Лайон был хорошо сложен, закален многочисленными военными походами, а годы тяжелого детства ожесточили его натуру. Лайон привык отстаивать свои интересы и никому не давать спуску.

— У вас острый язычок, юная леди, — заметил он. — В сражении при Гастингсе было много жертв. Неужели вы думаете, что Вильгельм не скорбит по тем, кто пал на поле боя?

Ариана бросила на собеседника презрительный взгляд.

— Ваш Вильгельм — отвратительное грязное животное, — заявила она. — А вы — его прихвостень.

Это было открытым оскорблением. Ариана не подозревала, что играет с огнем. Лайон был вспыльчив и скор на расправу. Если бы он не считал ее неразумным ребенком, то убил бы на месте за такие слова. На свете было немного людей, способных бросить в лицо Лайону Нормандскому такую дерзость. Ничего не сказав Ариане, Лайон резко повернулся к своему оруженосцу.

— Где священник? — спросил он. — Пришлите его сюда.

Белтейн Смелый, красивый молодой рыцарь, поворотил коня и поскакал на поиски священника, который сопровождал войско Лайона от самого Лондона.

— У нас в Краймере тоже есть священник, — сообщила Ариана.