— Вы имеете в виду женщин, похожих на леди Сабрину? Послушайте, Лайон, хватит тратить время и силы на любовниц, займитесь делом и произведите наконец на свет законного наследника, которому вы сможете передать Краймер. Ни один из ваших внебрачных отпрысков не вправе получить замок и земли. А вы знаете, какое значение я придаю законности и верности моих подданных. Вашей жене сейчас девятнадцать, она вполне созрела для брачных отношений.

— У меня нет внебрачных детей. Я всегда веду себя очень осторожно в постели с любовницами, потому что не хочу, чтобы они забеременели. Я не желаю плодить незаконнорожденных, потому что знаю, как тяжело им придется в жизни. Мы с вами испытали это на собственном опыте. Что же касается моей жены, то она ненавидит меня. Ее предки были саксами, а саксы считают нас, норманнов, своими злейшими врагами.

— Тем не менее Ариана — ваша законная жена. Только она может родить вам наследников.

— Я сделаю так, как вы велите мне, сир, — сказал Лайон. — Хотя вся эта затея мне не по душе. У этой нортумбрийской дикой розы острые шипы и язычок, как у гадюки. В четырнадцать лет эта девочка уже была законченной стервой и выводила меня из себя. Надеюсь, монахини научили ее смирению и послушанию.

Вильгельм скрыл улыбку. В свои двадцать семь лет Лайон был отважным, опытным воином, которого боялись и уважали враги. Мужественный и красивый Лайон пользовался успехом у сакских женщин, но не поддавался их чарам. Однако, судя по его реакции на слова Вильгельма, Ариана Краймер задела его за живое.

Ариана выскользнула за дверь жилого корпуса — большого каменного здания. Стояла безлунная прохладная ночь. В темноте слышался лишь шорох листьев на ветру. Кругом не было ни души. Монахини вели суровую праведную жизнь, ложились рано и рано вставали.

Ариана бесшумно прокралась вдоль стены к каменной ограде, в которой была небольшая заросшая вьющимися растениями решетчатая калитка. К сожалению, у Арианы не было ключа от нее и она не могла выйти на улицу. И все же через эту калитку ей удалось установить связь с внешним миром. Без этого, пожалуй, она просто сошла бы с ума. Впрочем, эту калитку обнаружил Эдрик. Это он держал Ариану в курсе всех событий, происходивших за стенами святой обители.

При воспоминании об Эдрике Ариана улыбнулась. Ее бывший жених подкупил молодую кухарку, работавшую в монастыре, и эта женщина передавала от него записки Ариане. В первый раз это произошло сразу же по приезде Арианы в святую обитель. Она была крайне удивлена, когда проходившая мимо нее кухарка сунула ей в руку кусочек пергамента. Ариана научилась грамоте от братьев. Запершись в своей келье, девушка прочитала послание. Эдрик просил ее подойти к калитке в ограде ночью, когда луна будет в зените.