Я отпустил экипаж минуту назад в нескольких ярдах отсюда. Я… э-э… я живу в южной части Лондона.

– Вы живете в южном Лондоне, – заметил Лестрейд, – и вы проделали такой длинный путь, приехав к этому дому… зачем?

– Дорогой мистер Браун, – внезапно вмешался Холмс, и голос его звучал так мягко и учтиво, что краснолицый джентльмен заметно успокоился, – вы должны извинить некоторую импульсивность моего старого друга инспектора Лестрейда из Скотленд-Ярда. Меня зовут Шерлок Холмс, и я был бы весьма обязан вам, если бы вы оказали мне любезность и ответили всего на один вопрос. В самом ли деле ваш партнер украл…

– Стоп! – завопил Лестрейд.

Он в этот момент обернулся, чтобы взглянуть на вторые ворота. В них въезжал молочный фургон, и большие тяжелые молочные бидоны позвякивали в такт стуку лошадиных копыт; фургон, подпрыгивая, проехал в ворота и по изогнутой гравийной дорожке направился к фасонному готическому входу.

Лестрейд задрожал от возбуждения, как самый настоящий бульдог.

– Этот дурацкий фургон может помешать наблюдению! – воскликнул он. – Ну, будем надеяться, он не совсем закроет для нас парадную дверь!

К счастью, фургон встал вполне удачно. Молочник, беззаботно посвистывая, спрыгнул на землю и направился к двери, чтобы наполнить небольшой кувшин, который, как мы уже заметили раньше, стоял перед входом. Но едва молочник успел скрыться в темной арке, как все мысли о нем вылетели из моей головы.

– Мистер Холмс! – напряженно прошептал Лестрейд. – Вот он!

Мы явственно услышали, как хлопнула входная дверь. На дорожку внезапно вышел солидный джентльмен в глянцевитой шляпе и теплом пальто – и на лице джентльмена столь откровенно выделялись пышные усы, что можно было не сомневаться: это и есть мистер Джеймс Кэбплеже, направляющийся в свою контору.

– Мистер Холмс! – пробормотал Лестрейд. – Он без зонтика!

Можно было подумать, что слова Лестрейда мгновенно проникли в сознание мистера Кэбплеже. Торговец алмазами внезапно застыл на месте. Затем, нервно дернув головой, взглянул на небо. Издав бессвязный крик, пронзивший холодом мое сердце, мистер Кэбплеже со всех ног бросился обратно в дом.

Снова хлопнула входная дверь. Явно удивленный молочник, оглядываясь назад и что-то неразборчиво бормоча, вышел из-под готической арки и полез на сиденье фургона.

– Я все понял, – заявил Лестрейд, щелкая пальцами. – Они думают, что смогут провести меня, но ничего у них не выйдет. Мистер Холмс, я обязан задержать этого молочника!

– Святые небеса, зачем вам молочник?!

– Они с мистером Кэбплеже оказались совсем рядом там, у входа. Я это видел! Мистер Кэбплеже вполне мог передать украденные бриллианты своему сообщнику – молочнику!

– Но, дорогой Лестрейд…

Однако сыщик Скотленд-Ярда не стал слушать.