– Да ну? И что он? Ввел вас в курс дела?

– Он говорит, что его отца убили из ревности, а не в связи с исполнением служебного долга, так что убийство Садкова для моей книги не подходит. Собственно, я и пришел сегодня, чтобы поблагодарить вас за потраченное время. Я узнал от вас много интересного и полезного…

Но эту заготовку Губанов даже не стал выслушивать до конца.

– Из ревности? – язвительно переспросил он. – И вы сразу поверили, да?

Петр пожал плечами:

– А какой у меня выбор? Других источников информации у меня нет."

"О своем желании найти любовницу Садкова он решил умолчать, дабы не провоцировать Николая Андреевича еще на какие-нибудь длинные сказки, не имеющие отношения к делу. В рассказе Садкова-младшего Петр ни минуты не сомневался. Если бы получилось наоборот и смерть в результате бытового преступления выдавали за героическую гибель – тогда да, можно было бы засомневаться, ведь, как сказал и сам Валентин Евгеньевич, быть вдовой и детьми героя куда выгоднее. В этих случаях велик соблазн солгать. А какой смысл скрывать, что твой муж или отец пал на боевом посту, и выдавать его гибель за банальное убийство из ревности, к тому же открыто признавая, что покойный был крайне нечистоплотен в личной жизни? Никакого смысла в такой лжи нет.

– Нет источников? Так ищите! – неожиданно рассердился Губанов. – Вы пришли сказать мне спасибо, значит, больше не собираетесь задавать вопросы. Считаете, что выжали меня досуха и ничего интересного я уже не расскажу. Так?

Петр молчал. А что тут скажешь?

– Так или не так? – грозно повторил старик.

– Но если убийство следователя Садкова не подходит…

– А если подходит?

Петр окончательно растерялся. Губанов долго молчал. Его манера держать мхатовскую паузу изрядно раздражала, но Петр решил набраться терпения и с достоинством выдержать и надвигающуюся бурю, и свой позор. Секунды сливались в минуты. Одна. Две…

– Сын Садкова хотя бы назвал вам имя того, кто убил его отца? – неожиданно спросил Николай Андреевич вполне мирным тоном.

– Нет. Он, кажется, и не знает. Или забыл.

– Что же, ему не интересно было?

– Николай Андреевич, он был ребенком двенадцати лет. Вполне естественно, что ему и в голову не пришло поинтересоваться именем и фамилией преступника. Он только знал, что это бывший любовник женщины, к которой ушел его отец. Мать этого не скрывала, сразу рассказала ему. Разве этого недостаточно?

– А вдова Садкова? Вы с ней говорили?

– Она умерла, к сожалению.

– А женщина, к которой ушел Садков?

Петр не знал, что ответить. К такому повороту он не подготовился.

– О ней ничего не известно, – попытался вывернуться он.