Хотя возможно, это просто часть теплого приема.

— Татьяна — моя супруга.

Скульптурное лицо бизнес-товарища дергается. Он снова впивается в меня взглядом как будто в первый раз. После смотрит на Шарапова. Разок кашляет, криво улыбается. Лишь спустя пару секунд к нам возвращается вежливый европеец. На лице Макара широкая белозубая улыбка.

— Приятно познакомиться, — он выходит из-за стола, делает к нам шаг, — Таня, вы просто очаровательны.

Моргунов склоняется и припадает к моей руке поцелуем. Задерживается на коже легким сухим прикосновением. Реально жест вежливости.

Но выпрямившись, он кидает быстрый взгляд на Максима, словно хочет считать реакцию. Шарапов стоит с невозмутимым видом, только его шея краснеет. Или он просто обгорел накануне? Ух, наверное, я слишком волнуюсь, вот поведение мужчин и кажется мне странным.

— Присядем? — вполне легким тоном предлагает Шарапов.

— Да, конечно, — откликается Макар, — вот Машенька уже несет нам меню.

К столику подходит молоденькая русоволосая официантка. На бейджике у тонкой длинной шеи и правда написано — Мария. Надо же какой европеец внимательный.

Но он вообще производит впечатление человека, довольного собой и жизнью.

Маша предлагает сделать заказ. Мы все останавливаемся на запеченной рыбе под фирменным соусом, салате из свежих овощей и зелени. А к самому началу вечера заказываем закуску из морепродуктов по местному рецепту.

— В этом городе всегда была отличная еда, — говорит Макар, когда официантка отходит, — приезжал сюда еще с бабушкой. Хотя вполне возможно, я тогда просто мало что пробовал.

— Да, в детстве многое казалось вкуснее, — соглашаюсь я, — и даже сейчас, глядя на свою дочку, я замечаю — она порой приходит в восторг от совсем простых лакомств.

Улыбаюсь и тут же прикусываю язык. А сказал ли Макс Макару о малышке? Сколько вообще детей он «анонсировал»? И смех, и грех… Мы ходили кругами друг от друга последние дни и не разобрали все подробности.

— У вас дочка? — приподнимает брови Макар. — Какая прелесть.

Похоже, «друг» вообще мало о чем в курсе.

— Дочь и сын, — вклинивается Шарапов, — полный комплект. Вот.

Макс достает тонкую черную визитницу, раскрывает. Показывает товарищу… нашу фотографию! Вернее, меня и детей.

Нас как-то Люба фотографировала в кафе, получилось удачно. Фотку я отсылала своим, она на заставке в Марьяшкином телефоне. Наверно, там Макс ее и увидел. И вот вам, подготовился.

— О-о-о! — Моргунов издает восторженный звук. Вот-вот европеец взорвется аплодисментами.

Мне даже становится немного смешно. Но тут Макар поднимает тему, которая стирает мое шутливое настроение без следа.

— Кстати, мы освоили для семейных поездок Австралию. Добились максимального комфорта.