Ага, как же, ещё как оказался восприимчив!

Пока общался с Хэрном, наблюдал, не ворочая головой за игрой детей. Надеюсь, моего прошлого опыта будет достаточно, чтобы не попасть в их сети, а вот то, что они объявят на меня охоту, это точно. Со слов Хэрна, их мама ухаживала за мной, когда я был без сознания, и ведь ухаживала, по сути, за простолюдином. А в этом мире, как в прочем и на Земле, статус очень многое значит. А тут такие унижения. Точно мстить будут, причем, сперва постараются привязать к себе узами любви, а уже потом жилы начнут рвать. Женщины это очень хорошо умеют делать.

В них, наверное, богами такие способности заложены.

Как говорил мой друг – "Любовь это талант! Если он у тебя есть, то ты влюбляешься, а вот если его у тебя нет, то ты, увы, женишься!" Чего это я о женитьбе, ни с того, ни с сего, заикнулся? Видно, перенервничал! Так даже не волновался и при встрече со Сканом, а тут, как озноб бьёт, аж противно за себя! Ну, с богом, побольше наглости и вперёд!

Я тихо застонал. Игра мгновенно прекратилась. Гных первым оказался около меня, но его властным движением руки отодвинули в сторону и надо мной склонилось милое, побитое судьбой, красивое лицо молодой женщины.

Про таких обычно говорят лицо с чертами аристократа. Не знаю, как это выглядит на самом деле, но вот силу не сломленного человека я ощутил. Сила и спокойная достойная красота. Видно, что за последнее время она над собой основательно поработала.

Не знаю, что тут у них вместо косметики, но на лице она есть, но её как раз в меру, что подчеркивает брови вразлёт, глаза светящиеся искренностью и затаённой болью. Губы полные, нижняя губа немного выступает над верхней, что говорит о сильном характере, но, что характерно, это её совершенно не портит, а скорее, наоборот, придаёт изюминку, а улыбка, появившаяся на лице, добавила шарма и света.

Ох уж, бедный Хэрн! Если такая за храброго канна возьмется всерьёз, то… не устоит, и дураку понятно. Сильная женщина. И, похоже, к тому же ещё и властная, а это и вовсе гремучая смесь. Тёмные волосы локонами спадают вперёд. И седина, словно мелирование, окрасила графиню в топ модель двадцать первого века Земли. Но притягивают и одновременно отталкивают бурлящей ненавистью, именно глаза. Очень опасная женщина. Что там говорил про неё Гных, что лично пытала пленных…, ох, я чувствую, сыграет в моей судьбе эта необыкновенная женщина свою роль, только вопрос какую?!

– Здравствуйте! – как можно более тихим и слабым голосом прошептал я.

– И тебе, малыш! – и снова лучезарная улыбка, добрая и одновременно строгая. Похоже, мне пытаются навязать воспитательницу! Нет, я всё сделаю, лишь бы как можно быстрее сбежать от вас, сударыня.

– Как ты себя чувствуешь? – участливо спросила моя сиделка.