Но ни протягивать руку, ни требовать свое имущество Полька не стала. Вместо этого притихла. Закрыла глаза и будто уснула.

О том, что это не так, можно было догадаться лишь по вздрагивающим иногда пальцам и складке между бровей. Та никак не расправлялась. Как сказал об отпуске, разрезала узкой линией красивое лицо и осталась.

Словно вызов мне! Убедить, заслужить, добиться. Вылечить свою девочку до конца, чтобы больше не осталось никаких сомнений. Ни в себе, ни во мне, ни в нас.

Еще неделю назад я бы, наверное, знатно перепугался собственных мыслей. Хорошо ведь было в жизни и так.

Не подсасывало нигде от вакуума. Работа, женщины, любое удовольствие, какое хочу. Заветная мечта мужика за тридцать.

А теперь распробовал ее, Польку свою. Глотнул того наркотика, который еще в молодости сносил крышу. И увяз по самое не балуйся. С первого раза как асфальтоукладчиком раскатало.

Забытое ощущение. Адреналин в крови. Эрекция двадцать четыре на семь. Нежность странная. Такая, что за грудиной ныло. И не отпускало острое желание чувствовать Полю всегда. Как часть тела, которую ампутировали, а сейчас пришили назад.

Вроде свое, привычное, а ощущалась по-новому.

Как именно, я пока не мог понять до конца. Смотрел на нее, крутил руль. Под колесами улетали километры, и широкая кровать в квартире звала уже не так сильно.

Нормально было и без кровати. Просто рядом. Точь-в-точь как в Полькины семнадцать, когда можно было лишь смотреть. Псих, наверное. Из этих, любителей пожестче. Только все прошедшие лондонские годы почему-то сейчас казались еще более нездоровыми. Будто жил вполсилы и дышал через раз.

У подъезда моего дома это чувство усилилось. Передоз кислородом.

Хоть пересаживай Польку к себе на колени и проверяй, как дышится, когда ведьма моя совсем рядом.

— Пойдем, — пока и правда не поехал кукушкой, я заглушил мотор и открыл дверь.

Подъем на тринадцатый этаж дался адски сложно. Соседский пацан зашмыгнул к нам в кабинку прямо перед закрытием дверей. Смотреть на живое порно ему было еще рано, так что пришлось засунуть все свои порывы назад и мысленно отсчитывать этажи.

Поля тоже не шевелилась. Кусала губы, пялилась на кнопки, будто без очков могла что-то рассмотреть. И даже виду не подавала, что едет со мной.

Так, случайная прохожая, любительница кататься на лифтах.

Хватило ее как раз до двенадцатого. На нем за нашим малолетним попутчиком закрылась дверь, и холодный нос ткнулся мне в ключицу.

— Меня как на карусели с тобой мотает. То к облакам, то без страховки лицом в асфальт.

Всю Полькину независимость и уверенность словно ветром сдуло.

— Но ведь пока все живы. — Я тут же зарылся пальцами в волосы. Уткнулся лицом в макушку. Сложная, непонятная, но, когда сдается, такой кайф!

— Да.