Если везёт, становишься обладателем одной из четырёх боевых стихий или магом жизни. А может и не повезти, как мне. В этом случае лишаешься всего: рода, титула, денег и большинства привилегий, доступных только магам-дворянам.

— Здравствуйте, Антон Игнатьевич, такси ждет Вас, — приветливо сообщил мне один из охранников у ворот.

— Спасибо, Макар, — машинально ответил ему я. — Прощай.

Память, похоже, не вся потеряна, а может возвращаться уже начала потихоньку.

Охранник открыл нам с Прохором калитку.

— Ох… Батюшки, Антон Игнатьевич, Вам никак вспомнилось что-то! — радостно охнул слуга.

Я лишь молча пожал плечами. Полез в салон такси, дверь которого с любезностью открыл водитель.

— Куда ехать изволите? — поинтересовался таксист, усевшись за руль.

Хороший вопрос. А правда, куда мне ехать?

— В Псков, в гостиницу, — уверенно сказал слуга.

— «Лондон», «Палермо» или «Париж» — в какую из трёх? — уточнил водитель.

— В «Палермо» вези. До вечера успеем — доплатим сверху, — ответил слуга, посмотрев время на карманных часах.

Затем обернулся ко мне и решил, по всей видимости, разъяснить планы, так как я абсолютно ничего не понимал.

— Приятель у меня есть хороший, Вовка. Ну я Вам о нём рассказывал… Ой… — немного сбился Прохор, но быстро продолжил. — Он сейчас у мага жизни служит, у того аж шестой ранг. Сегодня утром Вовка мне позвонил, предложил увидеться, проездом они в Пскове. Я ему о Вас, Антон Игнатьевич, рассказал. Он со своим хозяином договорился, обещал с памятью помочь.

— А ты Вовке этому доверяешь? — настороженно поинтересовался я.

— Как не доверять-то? Я с ним через огонь и воду прошёл, когда на границе охотниками служили. Только одни из взвода и выжили, когда больше суток от тварей отбивались, — ответил Прохор, поправляя повязку на своём глазу.

— Вы же не против? — с надеждой в голосе поинтересовался у меня слуга. — Я же Вас с детства нянчил.

А чего мне терять? Может, и вправду не помешает визит к этому магу жизни.

— Спасибо, Прохор. А ехать нам сколько? — поинтересовался я.

— Около трёх часов, может четыре.

Интересно, это сколько километров? Хотя какая мне разница.

За окном проносились бесконечные луга и леса. Очень много людей передвигалось верхом на лошадях и повозках. Машина то и дело притормаживала и сигналила, чтобы очередная повозка уступила нам дорогу.

Я оказался в большом помещении без окон и дверей. Свет равномерно проходил через белый потолок. Серые стены, на двух висели здоровенные зеркала в деревянных рамах. Одно напротив другого.

Я подошёл. Встал перед ними. Посмотрел на себя сначала в одно, потом в другое. Там отражались два совершенно разных человека.

Первый — высокий юноша лет восемнадцати, плечистый, пропорционально сложенный, крепкий и без лишнего жира.