— Я думал, сумерки только вечерние бывают, — удивился Семён.

— Сумерки — это время, когда солнце за горизонтом, но освещение есть. Так что они бывают и утренние, — блеснул эрудицией Иван.

— В это время обычно туман утренний бывает, возможно, нам повезёт, и мы сможем в нём замаскироваться, — сказал Семён.

— Какие ещё преимущества у этого времени есть? — спросил я у спутников.

— Обычно это самое сложное время для караульных, — выдвинул свою версию Иван.

— И ранние птицы уже начинают петь, не то что ночью, так что, если тихо грести, никто не заметит, — добавил крестьянин.

— Ну прям одни плюсы, — я улыбнулся им.

Мы тихо спустили лодку на воду и засели в неё. Потом неспешно отплыли вверх по течению и привязали плавсредство к камышу. Всё, теперь можно отдохнуть как минимум часа четыре.

Луна вывалилась из-за небольшой тучки, освещая округу. Похоже, правильно, что мы не делаем попытку перебраться сейчас. С такой лампочкой на небе нас точно заметили бы.

Подремал несколько часов. Погода начала портиться. Я расстроился, так как ожидал безветренное утро с туманом, а будет, по всей видимости, наоборот.

Зато на небе уже не было луны. Растормошил ребят. С тихим плеском обмотанные ветошью вёсла опустились в воду, наша лодка практически беззвучно начала движение к нужному притоку Сылвы.

Стали различаться деревья на противоположном берегу, темь начала спадать.

Вот мы проплыли уже треть пути, но что-то пошло не так. Река словно начала сопротивляться.

Складывалось впечатление, что мы плывём против течения, которое отбрасывает нас назад, в сторону берега, от которого отплыли.

— Что за дерьмо⁈ — выругался Иван.

Я оглянулся на берег. На нём стояло больше дюжины человек в армейской форме.

— Чёрт! Ну и что им от нас нужно? — процедил я сквозь зубы.

Среди стоящих на берегу военных был абсолютно трезвый и бодрый подпоручик Гаврилов. По всей видимости, он воспользовался услугами армейских лекарей, и те быстро его поставили на ноги. Вот поэтому молодые офицеры и не знали меры в выпивке.

— Доброе утро, господа! — улыбаясь произнёс Анатолий.

— Бывало и подобрее, — буркнул я, когда наша лодка ткнулась носом в берег.

— Антон, я смотрю, вы последовали совету и решили перебраться на другой берег в указанном мной месте.

— А что, нельзя⁈ — чуть не прорычал я.

Опять все планы рушатся, меня начинает это уже доставать.

— Вам придётся покинуть данное место. Здесь сейчас будет проходить военная операция, — офицер небольшого роста с белой полоской на погонах выдвинулся вперёд.

— Чем же мы вам помешали? Или, может, река маленькая, и другого места нет?

— Другое место есть, но нам нужно именно это, а ещё мы изымаем ваше плавательное средство, — вклинился в разговор один из офицеров, стоящих рядом с Гавриловым.