А потому велика вероятность, что нам с тобой всучат какой-нибудь хлам.

   - У меня ни одна крупица золота зря не уйдет, - обиделась Мирлин. - Я все-таки в деревне всю жизнь росла, и уж негодящую клячу от работящей лошадки сумею отличить. И к повозке пригляжусь, небось не обманут. А на оставшиеся деньги еды нам куплю в дорогу.

   - Нет. Лучше сделаем так. Ты пойдешь покупать лошадей и повозку. Выберешь самую большую, вдруг мы по дороге кого-нибудь еще подберем, чтобы выступал с нами за компанию. Да и варшу лучше не ночевать посреди улицы. Потом ты пойдешь и купишь себе одежду в дорогу. Плащ, теплую куртку, штаны...

   - Девицы штанов не носят! - покраснела Мирлин, отводя взгляд от моих джинсов.

   - Значит, платье и обувь хорошую, - внесла я поправку в свои инструкции. - Мне купишь платье, в котором я могла бы дойти до города и встретиться там с тобой. Потом ты пойдешь припасы нам в дорогу покупать, а я приобрету себе одежду. Запомни, мы должны выглядеть хорошо, очень хорошо, чтобы нас не зазорно было пригласить выступать в приличный трактир, а то и замок.

   Мирлин согласно покивала головой и, зажав в руке четвертинку монеты, отправилась за покупками.

   - Эй, погоди! - вспомнила я. - Если ты мне служишь, у тебя должен быть какой-то знак? Ну, что б к тебе не приставал никто, не хватал и не продавал в рабство.

   - Ой! - опомнилась Мирлин.

   - А на что этот знак похож-то должен быть? - вздохнула я. - На татуировку, как у меня?

   - Нет, обычно на одежду нашивается герб хозяина.

   - Герб, говоришь...

   Я оглядела все свои вещи, не нашла ничего нужного и, вздохнув, стянула джинсы. Помнится, у меня на кармане сзади цветочек вышит. Как раз подойдет. Правда, карман придется отпороть, а цветочек вырезать и пришить на платье Мирлин, но это уже были мелочи жизни. При нынешней моде джинсы без одного кармана странными никому не покажутся, да и носить я их, как мне кажется, еще не скоро смогу.

   Получившая себе на грудь мой фирменный знак, Мирлин улетела, сияя, как начищенный пятак, а я принялась думать над сложившейся ситуацией. Идея с бродячим цирком, пришедшая мне в голову, была воистину гениальной. В качестве менестреля я, со своими скудными знаниями местных обычаев и истории, подозрений точно не вызову. Кто не знает, что творческие личности - народ странный, не от мира сего? К тому же, для меня это был единственный способ заработать себе на жизнь. Потому как ничего полезного (для средневековой действительности) делать я не умела. Ни вести домашнее хозяйство без привычной бытовой техники, ни лечить людей, ни махать мечом, ни вышивать крестиком. Я даже сильно сомневалась, что мне пригодятся полученные за два года в финансово-экономическом университете знания. Так что пока должность менестреля для меня была самой подходящей.