Интересно, а есть ли здесь традиция последнего желания? Вот бы тарелку супчику навернуть. Погуще.

   Однако никакого желания эльфы нам не предложили. И (вопреки тайным ожиданиям Шермана) мной не очаровались. Так что платки он выкидывал зря. Впрочем... после ночевки в грязной тюрьме выглядела я так, что польститься на меня мог разве что очень неразборчивый бомж. Волосы спутались, платье порвалось, а тюремная грязь буквально расползлась по всему телу. Впрочем, остальные мои спутники выглядели не лучше. Так что эльфам, смотревшим на нас с изрядной долей брезгливости, ничего другого и делать не оставалось, кроме как приговорить всех нас к смертной казни через повешение.

(Думаю, что к обвинению в порче настроения королю они вполне могли бы добавить и обвинение в оскорблении собственных эстетических чувств). Приговор был окончательным, обжалованию не подлежал, но исполнение его задерживалось по вполне понятным причинам - нужно было решить вопрос с чужой собственностью - то бишь со мной и Шерманом. Маг активировал вынесенное на площадь огромное зеркало, и теперь эльфы с нетерпением ожидали, когда в нем появится изображение представителя королевской семьи водянок. Естественно, я тоже следила за происходящим с неослабевающим интересом. Все-таки, решалась моя судьба. Любопытно, водянки меня выкупят, или им дешевле будет отречься? Честно говоря, я до последнего надеялась на положительный исход дела. Умирать в расцвете лет мне как-то не хотелось. Однако когда эльфы залупили в качестве выкупа за меня аж целые две золотые монеты (причем именно золотом), я поняла, что надежда моя была напрасной. Король водянок, правда, пытался что-то вякнуть о несоразмерности выкупа, но один из эльфов тут же достал какой-то камень и положил его на землю. Камень засветился и выдал нечто, весьма похожее на голограмму. Сюжетик показанного был прост и неизбит - мое собственное выступление на конкурсе менестрелей и слова короля водянок, о том, что, типа, цены мне нет.

   - Что это за камни такие? - шепотом поинтересовалась я у стоявшего рядом Шермана.

   - Магические кристаллы, эльфы на них записывают информацию.

   - Любую? - напряженно поинтересовалась я, обдумывая пришедшую в голову мысль.

   - Любую, - вздохнул Шерман. - Только какая тебе разница? Похоже, королевский дом водянок выкупать тебя не намерен.

   - За такие деньги? - округлила глаза я. - Да что они, больные что ли?

   Разумеется, водянки оказались здравомыслящими и прагматичными созданиями, и выкупать нищего менестреля, даже в качестве перспективной невесты принца, за золото отказались. Король протянул руку к Черному камню, торжественно от меня отрекся, и я почувствовала жжение на лопатке.

   - Ай! - дернулась я от неприятного ощущения.

   - На тебе больше нет знака водянок.