Я хочу ворваться в тебя, натянуть до самого основания, чтобы визжала при каждом моем толчке!»

Опустил свои глаза вниз и посмотрел, как каскад белокурых волос скрыл от моего взора лицо девушки. «Так, стоп! А почему белые, у моей крошки ведь темные волосы, разве не так?» на все вопросы поплыли в тумане разума, когда эта негодница чуть сильнее сжала мой член и буквально выдоила из меня семя.

Я зарычал, прижимая ее головку к себе и заставляя глоток за глотком заглатывать извергающее из меня высвобождение. Видел, как она захлебывалась, не успевая проглатывать, как белесая жидкость тонкой струйкой стекла из уголка рта прямо на ее подбородок. А в ее глазах прочел удовлетворение и дикую похоть.

Все. От понимания, что вот она, готовая, раскрытая и жаждущая принять тебя, член дернулся в ее губах и вновь налился кровью.

Подтянув малышку за волосы, я подарил ей быстрый и короткий поцелуй, а затем поставил ее на колени и с разгона ворвался в жаркое лоно. Ее громкий стон был усладой для моих ушей.

«Нет, крошка, так быстро ты не отделаешься от меня сегодня! Сама виновата, заставила голодать без женской ласки и теплого тела!»

Чуть выждав, я начал извечный танец тел. Я не жалел ее, да и она об этом не просила. Скорее наоборот, желала как можно жестче, яростней, до сбитого дыхания, до темных пятен в глазах.

«Моя!» — рыкнул я, заставляя малышку прогнуться в пояснице и открыть доступ к своей шейке.

«Моя!» — вторгался в ее податливое тело, желая немедленно поставить на ней свою метку.

С трудом переборол сопротивление своего волка и частично перетрансформировался, выпуская на волю острые клыки. Пару наиболее глубоких толчков, и малышка забилась в оргазме. Не стал отказывать себе в удовольствии. Вцепился зубами в шею своей девочки и отпустил свою животную сущность на волю.

*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***

Чувство глубокой обиды и беспомощности заставили Амелию отступить. Она вернулась в свою комнату, хотя до встречи с Алексом намеревалась немного прогуляться по парку и подышать свежим ночным воздухом.

Предложение продолжить вечер в его постели глубоко задели чувства невинной девушки. Амелия хмыкнула своим мыслям и потрясла головой. А что ему еще остается, кроме как уломать ее на секс, ведь по условиям контракта никто из них не может безнаказанно изменять супругу. А волки страстные натуры. Секс для них сродни обязательному приему пищи, без него оборотни не могут долго обходиться.

Наверное, на это и был расчет Алекса, но здесь он явно просчитался. Амелии не испытывала нужды в плотских увлечениях. Порой она считала себя больной, фригидной, не способной испытать даже толику наслаждения от самоудовлетворения, ведь истинность не дает возможность изменить своей паре с другим партнером.