А потом начал завидовать, что Карпов имел доступ к измененному долгое время и много чего изучил. Я сдерживался, чтобы не влепить ему затрещину.

Когда все, что знал, передал профессору, то спросил:

— Можешь проверить, как моя кровь с соком железы на вас всех подействовала? Убедись, хотя не знаю, как, что больше не оказывает влияние словесная магия. И главное, проверь, пожалуйста, Обручеву, что она — это она…

— Борис Иванович, вы мне сделали такой подарок. Это же сколько исследований? Теорий? Возможностей? Боже мой, как же мне повезло, что я познакомился с вами!

Потер виски, пока Давид пел дифирамбы о том, что ему как истинному исследователю открылись новые горизонты.

Я сидел и тоже пытался переварить все, что узнал. Через десять минут выбежал Дима.

— Боря, срочно! Сюда! — крикнул он.

На рефлексах сорвался и помчался. Когда зашел в палату, то заметил, что придурки как-то освободили Ольгу, и она в железном белье стоит у стены, упирает скальпель себе в горло.

— Елизавета ей все рассказала, — сразу же шепнул Владимир.

— Дура! — озвучил свои мысли.

— Я обязана! За себя, за всех нас, за то, что она сделала.

— Вон! — повысил я голос, чтобы все вышли из палаты. — Оля, — позвал плачущую девушку.

— Меня видели голой. Одевалась, как шлюха какая-то… — проронила она.

— Из всего, что произошло, это тебя беспокоит? — удивился я.

— Нет! — воскликнула девушка и проткнула себе горло. — Я не заслуживаю жить.

— Еще одна дура! — разозлился я. — Если бы хотел твоей смерти, убил бы давно. А так я возился и для чего? А? Твоя жизнь теперь моя, поняла? И пока я не разрешу, ты ничего не сделаешь.

И тут рука Ольги задрожала. Судя по глазам, она удивилась. Да ладно…

— На колени! — приказал я, и девушка рухнула на пол.

Теперь они подчиняются мне, что достаточно удобно. Осталось разобраться с тем, чтобы на них больше не смогли влиять голосом бога или какими-то зельями. Несмотря на усталость, завершение этой эпопеи мне нравится. В самом конце столько подарков, будто Новый год или случай наконец-то решил со мной рассчитаться за все.

В палату зашел побледневший Владимир, громко проглотил и сказал:

— Боря, там это… — показал он глазами. — Подполковник Трутень и еще один мужик тебя ищут.

Ничего себе! Славецкий выбрался из своей лавки, и они с Весемиром пришли меня проведать?

— Оля… — произнес мягко. — Приходи в себя, ты мне нужна. И хватит этих упаднических настроений! На твоем месте мог оказаться любой из вас.

Стоило мне только выйти, как в помещении профессора оказались не только двое, но еще и сотрудники ИСР.