Веся решил со мной поиграть? — впервые за этот разговор аристократ оскалился.

— Что вы… — попытался я оторваться от стены. — Зачем подполковнику тратить свое время на того, кто из своей лавки не выходит?

— Наглец! — мне ударили в живот.

Ожидаемо.

— Не думал, что вас могут оскорбить факты, — откашлялся я и впустил воздух в легкие."

"Перед его ударом укрепил свое тело магией, и даже так этот не самый большой дяденька пробил настолько мощно, что я чуть желудок не выплюнул. Вот это силища! Если бы я заранее не подготовился, то он бы, скорее всего, сразу меня убил.

На это и был расчет, а так просто проверка.

— Мальчик, я тебя спрошу в последний раз. Кто ты? Кто тебя послал? И зачем ты хотел меня видеть? — изменился в лице аристократ, стал более серьезным и собранным. Вся добродушность, которую я обычно видел, куда-то улетучилась.

— А я вот думал, под чьим руководством лучше служить? В секретной службе у Трутня или у вас, господин Славецкий, в ИСР? — сказал и посмотрел прямо в глаза человеку, который оказался не совсем тем, за кого себя выдавал.

Глава 10

Аристократ остановился и внимательно посмотрел на меня, сжал зубы.

Видимо, пытался сдержаться.

— Кто ты? — выдохнул Славецкий.

— Я отвечу на ваш вопрос, но хотел бы, чтобы эта информация минимум день осталась между нами, без передачи в ИСР и его величеству, — улыбнулся Анатолию Викторовичу.

— Наглец! — ударил он кулаком рядом с моим лицом.

Вмятина, образовавшаяся от соприкосновения руки и стены, выглядела угрожающе. И это он еще не в полную силу бил.

— Скажите, вы уже продали зелья Троцкого?

— Что? — удивился Славецкий. — Но никто не знал, кроме меня и…

Было забавно наблюдать, как лицо аристократа менялось прямо на глазах.

Военный, который только что со мной разговаривал, уходил, а на его месте появлялся уже знакомый Анатолий Викторович.

— Борис, — протянул он мое имя.

— И снова здравствуйте! — улыбнулся я. — Может быть, вы отпустите меня? А то спина жутко чешется.

Славецкий пошел на свое место, сел с отрешенным взглядом и нажал на что-то под столом.

— Ух! — выдохнул я, когда меня освободили.

Я уселся на стул рядом и закинул ногу на ногу. Изначально это было лишь идей, предположением, которое я хотел проверить.

Теперь, когда убедился, перейдем к деталям.

— Борис Иванович, — наконец, сказал Славецкий. — В который раз удивляюсь вашему уму и наблюдательности.

— Благодарю! — кивнул. — Но пришел я к вам и нарушил свое задание, в котором приходится притвориться умершим солдатом, не просто так. В Тобольске, а может быть, и не только тут, действуют, как я думаю, весьма странные военные.

— Завтра я доложу о тебе, — прервал меня Анатолий Викторович.

— Хорошо.