Еще в город нужно отправить людей, чтобы искали ее.

Выдал свои предположения, что Обручева сейчас будет стараться спрятаться, поэтому проверить первым делом нужно такие места. В контакт с ней не вступать, только следить и докладывать.

Остальные распоряжения без изменений. Мне доложили о первых итогах прикормки зельеваров: уже пять человек открыли свои точки у нас, один продал нам свои результаты труда. Крайне слабенький результат, но среди местных лечилки разошлись по сниженной цене, и мы отбили все, что купили.

Остальные четыре еще работают над зельями для продажи. Появился один артефактор, тоже ждем от него готовой продукции. Процесс пошел. Наш разговор прервал крик снаружи.

— Боря! Солнцев! Срочно… — вопил знакомый голосок.

Вскочил и всех поблагодарил за беседу, приказал приступать. На улице Дима пытался пробиться через охрану.

— Боря… — выдохнул Говорунов. — Елизавета, ей плохо. Она… Бежим!

Пришлось ускориться. Помчался в направлении лаборатории профессора, дима за мной не успевал. Я влетел в пристройку.

— Где он? — кричала голая Царева, приставив скальпель к горлу Прохорова.

— Успокойся, Елизавета. Сейчас Борис придет, и ты сможешь с ним поговорить, — спокойным голосом отвечал Давид.

— Кто придет? Он мертв! Понятно, эта тварь убила его. Блондинистая сука! Найду ее — разорву на куски, — не слушала Царева попытки Прохорова привести ее в чувства.

Пока бежал сюда, сразу понял, что девушка, скорее всего, пришла в себя и барагозит, другой причины меня вызывать я не вижу. Поэтому достал заранее зелье, которое сделал Давид, и выпил.

По ощущениям, я уже стал Солнцевым. Перед тем, как появиться, сосредоточился на скальпеле и выдернул его из руки девушки магией, воткнув в стену.

— Лизонька, — сказал я. — Вот что ты тут вытворяешь? Мало того, что аристократка светит всеми своими сокровищами перед мужчинами, так еще и угрожает человеку, который помог.

— Борис… — ее голос задрожал, и она отпустила профессора.

— А ну, брысь в свою палату и прикрылась! Позоришь меня, я же твой будущий муж, а ты…

Даже на бледной коже девушки появились красные пятна. Она резко опустила руки и прикрыла переднюю оголенную часть, а потом побежала.

— Попу видно! — крикнул я ей вслед.

Царева дергала руками, чтобы спрятать все, а следом хлопнула дверь.

Ко мне подошел Давид.

— Смотрю, мое зелье работает, — сказал он так, будто ничего не произошло.

— Да, — кивнул ему. — Что по девушке? Какие выводы?

— Ее отправили, но что-то еще есть. Как-то ей изменили сознание. Не могу понять, какая магия или артефакт. Это помимо того, что в крови куча препаратов и других ослабляющих зелий.

— Что-то еще? — попытался я отвлечь Прохорова от осмотра моего тела.

— Великолепно.