Говорят, что раньше пиратами были, а теперь нанимаются в охрану караванов и еще какими-то темными делами занимаются. Контрабандой, наверное.

Я обратил внимание на упомянутых двоих. Они выглядели тоже весьма примечательно. Рыбак был мощным здоровяком с наголо обритым загорелым затылком, с которого свисала недлинная, перевитая золотой нитью с жемчужинами, косица. Другой растительности на лице и голове у него не было. Даже могучие ручищи, лежащие на столе и баюкающие гигантскую оловянную кружку, были совсем безволосыми, как у циркового атлета. Сидящий напротив Мертвяк никаких вопросов не вызывал по поводу того, как нему прилипло такое прозвище.

Тощий, с редкими, прилипшими к костлявому потному черепу волосами, с лицом, обтянутым кожей так сильно, что даже зубы выделялись, он не вызывал никаких других ассоциаций, кроме как с мумией. Особенно похожим на хорошо выделанного и выдержанного мертвеца делал его бурый загар. Он пил не пиво, а вино, с брезгливым видом цедя его из высокого бокала, сделанного из толстого неровного стекла.

– У Рыбака с Мертвяком ватага человек в двадцать, но сейчас никого не вижу здесь.

Но вообще к нам все больше командиры ходят, ватаги в других местах веселятся – пояснила подавальщица.

– Это почему? – переспросил я.

– Так у нас тут вроде биржи. Скучно здесь ватагам.

Я кивнул, понял, мол, а девица продолжила просвещать меня.

– Компания за самым дальним столом – капитан Ворт со своими ближними. Их отряд человек тридцать, конные стрелки. Нанимались куда-то на юг, вернулись только три дня назад, теперь отдыхают, до следующей недели ни одного заказа не возьмут – просветила меня подавальщица по поводу трех крепких мужичков в исцарапанных кольчугами кожаных камзолах и крепких высоких ботинках на шнуровке до самых колен, переходящих в наколенные щитки.

На боку у каждого висело по могучему «Молоту Тора» с длинным, тридцатисантиметровым стволом, и по кавалерийской шашке, которые занеслись в этот мир с пришлыми, и которые очень удачно заменили мечи после того, как тяжелые доспехи отступили на второй план. На всех галифе с кожаными вставками, сразу видно, что кавалерия. Лица загорелые, спокойные, все в возрасте под сорок, примерно. В общем, вызывают невольное уважение.

Связываться с такими не станешь за просто так – без башки в момент окажешься. По виду похоже, что все они или из Вираца, или Марианского герцогства, или из Билара. Соседи, по большому счету.

– А больше никого, по большому счету, интересного и нет, господи хороший – закончила разговор подавальщица – Так, всякая мелкая шелупонь ошивается. Разе что…

– Маленького такого мужичка видите? Озерника? В черном сюртуке?

Я обратил внимание на невысокого худого мужичка с жидкой бородкой, жадно сосавшего пиво из кружки.