Часто недоговаривая и дополняя недосказанное цветистыми фразами. Мы внимательно слушаем. В итоге мы узнаём, что нам предстоит дорога на запад. К воротам Арч-Корта.

– Есть одна просьба… – Старик поворачивает ко мне свое морщинистое лицо и умолкает.

– Не надо никому рассказывать про нашу встречу.

– Конечно. Даже не собираюсь.

Странная просьба с его стороны, не правда ли? Глупо просить о таких очевидных вещах. Но старик тем не менее ее обозначил.

– Хорошо, – он кивает, – очень хорошо. Обещаю, что поступлю так же. Кто знает, как мы еще встретимся, а молчание – это золото.

Шума и так будет достаточно. Так мне кажется.

– Пожалуй, что вы правы, – соглашаюсь я. – Не исключаю такую возможность. Напротив, думаю, что это единственный путь…

– Не сомневаюсь. У каждого человека – свой круг. Круг, состоящий из близких ему людей. Который надо хранить и оберегать. Я очень надеюсь, что наши дороги не пересекутся, – он неожиданно улыбается, – разве что за хорошим столом.

А он не такой глупый, этот старик! Вроде бы и просьба, но с небольшой проверкой. Если перевести – он озвучил свои пожелания, а мы дополнили их своими планами.

Все чинно и благородно. Как это понять? Очень просто. Не трогайте моих людей, а я не пущу собак по вашему следу!

Отсюда до перевала Арч-Корт – около пятидесяти километров. По прямой. Два дня пути, если учитывать ландшафт. Мы подошли с востока. Если быть точным – нас доставил Руслан на своем грузовике. Тихо и без приключений. Людей в этих местах немного. Кроме Джохар-юрта есть несколько поселений на побережье. И около двадцати маленьких аулов, беспорядочно разбросанных в зеленых долинах и районах предгорья. Сейчас мы находимся неподалеку от одного из них.

Километров десять, не больше. В него заходить не нужно. Обойдем по большой дуге и направимся на запад. К воротам Арч-Корта. Так называют две скалы, между которыми начинается тропа, ведущая из долины на север. Это один из двух возможных путей на русскую территорию. Еще один, которым пришли мы, лежит к северо-западу отсюда.

– Красиво, – хмыкает Поль и неторопливо закуривает.

Мы стоим на краю обрыва и высматриваем какую-нибудь тропу, чтобы спуститься в низину. Руслан ждет рядом со своей машиной. Видимо, стоит и жалеет, что не сдох тогда, в пустыне.

Вместе со своей женой. Даже отсюда вижу, как он корчит страдальческую мину. Пока не замечает мой взгляд. Недовольное лицо разглаживается, и он выдавливает жалкую улыбку.

Нардин бросает в его сторону взгляд и презрительно сплевывает на камни. Не любит наркоторговцев. Он прав. Я тоже их не люблю, но приходится пользоваться услугами этого тщедушного гения. Гения незаконной химической промышленности, дьявол его раздери.

Тропу нашли. Точнее – узкий карниз вдоль отвесной скалы.