Остановил взгляд на длинных ногах, обутых в высокие сапоги на огромном каблуке. И быстро шагнул к Александре. Попытался обнять. Но строптивая невеста вывернулась из его рук и отскочила в сторону.

— Никакой свадьбы не будет! — прошипела она. — Что вы утаили от меня, Сергей Юрьевич? Почему больше вам нельзя иметь детей и Лешик — ошибка? Ваши сестры меня ненавидят.

— Ты все не так поняла, — тяжело вздохнул Кирсанов. — Они к тебе хорошо относятся, Сань, — попытался он съехать с темы. — А ты хочешь от меня ребенка? — улыбнулся дурашливо.

— Сергей Юрьевич, — отрезала Александра, — когда люди вступают в брак, они надеются на искренность партнера и планируют с ним жить долго и счастливо. Дети тоже предполагаются, как основная часть семейной жизни. Или вы считаете наш союз кратковременным? Тогда потрудитесь сообщить точный срок… Сколько продлится наш брак? День? Месяц? Полчаса?

— Ну не болтай ерунду, Сань, — взмолился Кирсанов, любуясь разгневанной фурией. Волосы растрепались, глаза полыхают огнем, а высокая грудь призывно покачивается в кружевах. Да еще уперла руки в боки и ноги расставила. И сапоги эти почти до колен и плотно обтягивают голень, будто являясь неотъемлемой частью ноги, ее продолжением.

— Я вообще-то рассчитывал жить с тобой до гробовой доски, — пробурчал он, пожирая ее глазами. — Хочешь детей, я не против. Давай сейчас забацаем! — рыкнул он, подходя к ней, и сгреб в охапку, на этот раз не позволяя вырваться. — Санечка, — пророкотал в самое ухо, — не делай глупостей.

— Почему тебе нельзя иметь детей, Сережа? — требовательно спросила она, да еще и пальцем в грудь ткнула. — Какие-то неизлечимые болезни, передающиеся по наследству? Что? — воззрилась на него глазами, полными тревоги. — Почему не предупредили раньше? Может, Лешика нужно обследовать! — затараторила нервно.

— Да нет никаких болячек, Санечка, — улыбнулся он, благодаря невесту, что сама увела разговор в сторону. А он уже собрался все рассказать в подробностях. Вывалить из шкафа скелеты, да еще и потрусить ими.

— Что тогда? — настойчиво поинтересовалась она. — Почему твои сестры так настроены?

— Мы в молодости дали клятву никогда не заводить семьи и не иметь детей. Вот Лара с Леной мне и напомнили, — кисло усмехнулся Кирсанов.

— Почему? — вскинулась Санька и снова требовательно глянула на него.

— По большому счету, дураки были, — скривился Кирсанов. — Максималисты хреновы. Только сами себе жизнь перепортили… Захочешь узнать подробности, потом расскажу.

— Не хочу, — отрезала она. — Мне не интересно, и меня такой расклад не устраивает. Я никаких клятв не давала и хочу иметь настоящую семью. Мне хочется стать матерью в полном смысле этого слова. Самой выносить и родить ребенка.