— Что закажете на обед? — поинтересовался он у Сани, выбрав самую нейтральную тему.

— Ммм, — подумала она вслух. — Трюфеля с шампанским и свежие устрицы, — светски провозгласила она.

— Они найдут, — кивнул генерал на стюардесс. — Передать заказ?

— Нет, — мотнула она головой. — Мне что-нибудь попить. Я сыта.

— А я голоден, — рыкнул Кирсанов, понимая, что кроме желания пожрать испытывает голодуху совершенно иного свойства. — Давайте поговорим после обеда, — галантно предложил он.

— В течение полутора часов я никуда не денусь, — процедила она, напрочь отказываясь от еды. Только попросила принести стакан минералки.

«Сушняк, — фыркнул мысленно Кирсанов, вгрызаясь зубами в сочную отбивную. — Меньше пить надо, девушка!»

А когда наелся, то чуть не обругал себя последними словами. Александра, завернувшись в разноцветную шаль и надев шелковую повязку для глаз, спала. Или притворялась. Но Кирсанов не решился ее беспокоить.

«Пусть подремлет, — подумал он, откинув затылок на подголовник. — Время терпит. Дорогой поговорим».

Александра не спала. Она проваливалась в ежеминутный кошмар и снова возвращалась в реальность. Хотелось закричать от боли. Заорать во все горло о предательстве. Выцарапать глаза Ирке и вцепиться ногтями в лицо Валерки.

«За моей спиной, — мысленно поморщилась она. — Пока я занималась Лешиком, эта парочка времени не теряла. Вот только зачем Валера меня в ЗАГС тянет? Поссорился бы со мной и женился на Ирке. Ничего не понимаю», — пробурчала она про себя.

Самое ужасное— это выяснять отношения. Но еще в бортовом туалете разглядывая в зеркале свою обескураженную физиономию, Саня дала себе слово, что никакие скандалы закатывать не станет. Да и толку от них, лишь нервы портить.

«Кто виноват и что делать? — пронеслись в голове два извечно русских вопроса. — Но если на первый вопрос ответа не находилось, то со вторым изворотливый ум Александры справился на отлично. Оставалось только послать подальше генерала Кирсанова, но эта часть плана, как самая фантастическая, ею даже не рассматривалась. Она не собиралась хамить Лешкиному отцу или настраивать ребенка против него. Съезжать или прятаться тоже не входило в сиюминутные планы. — Глупо и безрассудно», — хмыкнула она про себя и, поплескав на лицо воды, задумалась, совершенно не понимая, почему Валерка не разорвал помолвку.

«Говорят, что мужчина гуляет, когда не выдерживает брак, — пояснила она самой себе. — Но если семья еще не создана, к чему в неволе томиться? Лети отседова, тетерев! — усмехнулась она, решив, что мотивы бывшего жениха ее не касаются. — Спасибо вам, товарищ генерал», — поблагодарила Александра свое отражение в зеркале и даже руку к голове приложила, будто отдавая честь.