Подойдя к павильону, София медленно поднялась по ступенькам, едва переставляя ноги. Тихо вздохнув, поставила корзинку на маленький столик и только повернулась, чтобы полюбоваться видом, открывавшимся из окна, как сзади послышались шаги.

За миг до того, как повернуться лицом к Филиппу Марстону, София позволила себе гримасу, выражавшую крайнюю степень досады и раздражения.

— Что вам надо, мистер Марстон? — с холодной сдержанностью спросила она.

— Я решительно не одобряю, мисс Винтертон, и не стану потворствовать вашей привычке уединяться без должного присмотра.

— Вот как, сэр? Я не знала, что вы принимаете меня за ребенка или за овцу.

Филипп Марстон насупился:

— Разумеется, нет. Но не забывайте, что вы молодая привлекательная леди. Тем более что где-то поблизости может бродить такой человек, как Джек Лестер.

— Давайте оставим в покое гостей моей тетушки, сэр. — София еле сдерживалась.

Марстон со своим обычным видом превосходства кивнул:

— И правда, тут я полностью разделяю ваше мнение, моя дорогая. Именно мысль оставить гостей вашей тетушки и подтолкнула меня отправиться на поиски вас.

Настроение Софии, и так неважное, совсем испортилось.

Она судорожно придумывала подходящий ответ. Мистер Марстон, сцепив за спиной руки, принялся ходить по павильону, уставившись в пол.

— Вы уже знаете, что этот прием был мне не по душе с самого начала. И я не одобрял решения вашей тетушки привезти вас в столицу. В этом не было никакой надобности. Вам вовсе незачем было приезжать в Лондон, чтобы заключить достойный брак.

София с мольбой взглянула на небеса. Мысли ее буксовали, ни единого достойного ответа не приходило в голову.

— Но я больше не произнесу ни слова по поводу, иначе не скажешь, как неблагоразумия вашей тетушки.

 — Филипп Марстон поджал губы. — Вместо этого я решил предложить вам избавиться от опеки ваших родственников и вернуться со мной в Лестершир. Там мы сможем пожениться. Я уверен, что знаю вас достаточно хорошо, чтобы полагать, что вы не захотите устраивать пышную свадьбу. Подобная безвкусная мишура хороша для света, но на самом деле не имеет никакого значения. Моя мать, разумеется, полностью одобряет…

— Мистер Марстон! — София решила, что уже достаточно наслушалась глупостей.

 — Сэр, я не помню, когда это давала вам повод думать, что жду от вас подобного предложения, но если все же давала, то прошу прощения у вас от всего сердца.

Филипп Марстон был огорошен. Как видно, он не сразу понял смысл услышанных слов. А когда понял, го стал мрачнее тучи.

София и Марстон испуганно обернулись и увидели, как в павильон заходят друг за другом маркиз и мистер Чатвелл. София в оцепенении обошла стол кругом, так что три ее самых ревностных поклонника остались по другую его сторону.