А еще вы мне не заплатили за работу организатора корпоратива. А я, вообще-то, простой аниматор!

— Тогда уволю по статье! — Марго отворачивается и идет садиться за свой стол. Вся такая на пафосе, царица мира.

— По какой, интересно? За что? За то, что выполняла работу, на которую меня не нанимали? Или пусть Дымов лично скажет, в чем именно провал?

— К Дымову не лезь, а то пожалеешь, — шипит Змеюка. — Не твоего полета птица.

— Вообще, я думала, он человек. И не надо мне угрожать! Подписывать я ничего не буду. Отдайте мне мои деньги и трудовую, я сама не хочу у вас работать!

Меня потряхивает, да так, что не знаю, чего во мне больше сейчас — обиды, злости, возмущения, разочарования, чувства вины… Дался мне этот свободный танец! Но тут же в голове проносится: «Они бы все равно тебя уволили, Петра. С Дымовым или без Дымова».

Дымов… Где-то в области солнечного сплетения больно кольнуло, я быстро втягиваю в себя воздух, чтобы продышаться. Боль медленно падает ниже, в живот. Неужели я так его разочаровала?!

— Не хочешь — не работай! — Марго встает из-за стола и подходит ближе. — Но если хочешь отступные, тогда давай договариваться!

— Три твоих оклада. Ты, конечно, этого не стоишь, но нам не нужны проблемы с Дымовым. Так что получаешь деньги и к Дымову больше не лезешь, поняла? Чтобы духу твоего рядом с ним…

— Да катитесь вы к черту тогда со своими отступными!

— Надо было  взять, а потом уже слать ее к черту, а лучше еще дальше. — Наташка сидит рядом со мной на кухне. Она считает, что я неправильно поступила, отказавшись от денег. — И спокойно потом прижать где-нибудь Дымова в уголке и видос ему предъявить. Так ему, значит, не понравилось твое выступление!

Молча пью чай. Я даже со Швецовой не готова обсуждать то, что увидела. Раз сто за вечер пересмотрела видео и сейчас жду, когда Наташка пойдет в душ, чтобы снова включить ролик.

Он удивлен, хмурится, когда слышит мое имя. Сидящая рядом Ирина чуть вперед подалась, вперила в меня свой взгляд… А тут еще и крик Глеба «Петра, жги». Все-таки антипатия у мажора и Дымова взаимна — как же он скривился, услышав возглас парня.

Следующие секунды — уже я танцую, отсюда отлично видно, что глаза прикрыты, я двигаюсь на внутренних ощущениях, нет внимания на зрителях. Изображение движется дальше — я вижу удивленные и восторженные лица, кто-то тихо переговаривается, кивая на сцену.

С этого момента и дальше камера Наташкиного телефона застыла на Дымове и Ирине. Я снова всматриваюсь в его лицо. Он, как обычно, собран и внимателен, я не вижу восторга или отвращения. И уж точно Дымов не засыпает. 

Он смотрит на меня не отрываясь, взгляд напряженный, и я бы многое отдала, чтобы узнать, о чем он думает в этот момент.