- Зато знаешь, как он трахается! – упав грудью на стол, шепчет она, - не то, что Макс… пятиминутка!

Мои щеки обдает жаром, потому что я примерно представляю, о чем она говорит.

- Игорь столько всего мне показал!

- Капец, Юль… - бормочу, роняя взгляд в стаканчик с кофейными разводами, - избавь от подробностей, пожалуйста.

- Он трахается, как Бог!

- Блин, Юля! – восклицаю, хватая сумку с соседнего стула, - идем, на лекцию опоздаем!

Подружка, глупо хихикая, семенит следом за мной. Быстро по широкой лестнице поднимаемся на третий этаж и почти бегом догоняем идущего к нашей аудитории преподавателя.

Извинившись, юркаем вдоль стены на наши места, но перед тем, как сесть, успеваю заметить в последнем ряду Голицына. Вертя в руках стилус для айпада, смотрит мимо меня в сторону преподавательского стола.

Так некрасиво вышло. Я ему надежды давала, за нос несколько месяцев водила, а потом ушла в полный игнор.

- Видела? Мир даже не глянул на тебя, - шепчет Юлька, выкладывая на стол тетрадь и ручку.

- Из-за чего поругались-то?

- Так… из-за ерунды. Потом расскажу, ладно?..

Когда придумаю, что соврать.

Просто ужас. Всего за несколько недель из нормальной девчонки я превратилась отъявленную стерву и беспринципную суку.

Лгу на каждом шагу. Друзьям, парню, родным. Сплю с женатым мужчиной, вдвое старше себя. Дальше что? Есть у папы еще симпатичные друзья? Желательно женатые и многодетные отцы.

Надо заканчивать эту историю. До того, как безумно любящий свою жену Арсений Рустамович даст пинка мне под зад.

С Мироном тоже поговорить надо, извиниться за свое поведение. Не мой это человек. Не стоит больше морочить парню голову.

После последней пары, распрощавшись с Юлькой, дожидаюсь его на парковке у вуза. Чтобы он не вздумал делать вид, что я прозрачная, встаю прямо у капота.

Вскоре Голицын появляется в компании своих друзей. Замечает меня сразу, но подходить не торопится. Склонившись к телефону друга, над чем-то там смеется.

Я терпеливо жду. Я виновата, пусть немного и он покобенится.

Наконец, вдоволь наобщавшись с парнями, он, крутя на пальце ключи от машины, неспешным шагом направляется в мою сторону.

- Привет, - бодро здороваюсь, когда Мирон обходит меня по дуге и щелкает сигнализацией.

Взявшись за ручку двери, он останавливается и, немного подумав, кивком головы приглашает в машину.

Обхожу ее сзади и сажусь рядом с ним. Мирон взвинчен и заметно нервничает. Дергаными движениями заводит мотор, нажимает какие-то кнопки на панели, зачем-то активирует экран телефона.

Я мгновенно заражаюсь его настроением. В груди появляется тошнотворное давящее чувство, а по коже под одеждой проходит ледяной озноб.

- Мирон… нам нужно расстаться, - проговариваю на одной ноте, уставившись взглядом в висящий на зеркале ароматизатор.