Но, судя по его довольной улыбке, он нисколько не возражал.

Улита заметила. Ее взгляды стали попроще, а улыбка из призывной превратилась в фальшиво-приклеенную. И поделом! Ха! Предупреждать она меня об опасности задумала, а сама? Сама, как Ирилла, слюни на Кайла пускает.

Впрочем, и Роклор из своего сектора наблюдала, не сводя глаз с моей загребущей руки на Арборее. И если бы взглядом можно было поджечь, я бы уже полыхала как сухие ветки в костре.

Кайл склонился, и его теплые губы коснулись моего виска.

- Устала? – шепнул он, и бережно заправил за рог выбившийся локон.

Ответить я не успела. Не знаю, как это произошло, но я словно кожей почувствовала опасность. Вроде и не предвещало ее ничего, и тут вдруг раз, и магические щиты, делившие пространство на сектора исчезли.

Растерялись все, кто находился в этот момент в зале: и люди, и ашассы, и звери. Потом я увидела его, мунга. Страшного, разъяренного, с едва отросшей на морде и боках шерстью. Он ревел, хрипел и несся прямо на Улиту, которая, не в силах пошевелиться, вглядывалась в кровавые глаза своей смерти.

Улита… Нет! Ты предупреждала о мести меня, а отомстили первой тебе! Но как же я ошиблась. Огромная туша лишь отбросила ошалевшую от ужаса Марси с дороги, всего лишь мотнув рогатой головой. Девушка повалилась на пол ангара. Но бык даже не обратил на это внимания. Он смотрел… Он смотрел на меня!

Секунда, и между мной и мунгом не остается преград. Улита застонала. Не ее смерть перебирает шестью ногами – моя!

Глаза животного светлеют, спадает красная пелена, уступая небесно-голубому. Но вот остановиться зверь уже не может, и пасть, наполненная острыми зубами, все ближе.

- Кайл… Кайл… - я хочу орать во все горло, звать на помощь, но почему-то шепчу.

- Ни-и-и-ин! – от мощного крика едва не лопаются перепонки, и широкая спина вдруг ограждает от всех бед.

Полыхает огонь, сметая все на своем пути. Сильный, ровный, а за ним… За ним глухой удар, словно что-то тяжелое и огромное со всего размаху впечаталось в стену. Обиженный рев мунга, топот смотрителей, визг конкурсанток и руки, надежные, чуть шершавые руки, обнимающие меня крепко.

- Испугалась? – шепчет он, прижимая меня к груди, словно любимую плюшевую игрушку.

Ох, не то слово. Совсем не то. На Земле я бы выразилась сильнее, крепче и образнее. Сердце еще скачет бешеной белкой в груди, но липкие черные щупальца ужаса отступают.

- Я здесь, Нин. Здесь, рядом.

- Мунг… - хрипло выдохнула я.

- Жив, им сейчас занимаются смотрители.

- Лекарей сюда! Восстановить защиту! Чего встали? Бегом! Бегом! – мощный голос шиена Хассера перекрыл все звуки помещения.

А мне вдруг стало плохо. Совсем. Подкатила тошнота, в ушах зазвенело, и я согнулась пополам, оттолкнув Арборея.