В мгновение тьма вокруг рассеялась. А затем раздался встревоженный крик Кати:

— Асса, что ты сделала с папой?

— Ш-ш-шука-ш-ш-шабака, кращ-щ-щиво! — тут же проявился Шнырька, через которого я, как через зеркало, смог разглядеть, что у меня теперь на скуле тёмный отпечаток ладони мелкой. Как будто тень ладошки падает на щёку.

— Всё хорошо, родные, — рассмеялся я. — Считайте это благословением, которое очень поможет в моём нынешнем деле. Спасибо, — задрав глаза к потолку, прошептал я.

Тихий женский смех был мне ответом. Когда-нибудь этот мир откроется, я воссоединюсь с братьями, и у меня будет очень много вопросов ко Вселенной и к её обитателям.

Складывается впечатление, что мной кто-то пытается играть. А играть Охотником — чрезвычайно опасно. Дело, которое может закончиться смертью даже для высшей сущности, называющей себя богом. Ну а пока… Если тебе предлагают в подарок что-то очень нужное, то возьми и скажи «спасибо».

Я чмокнул дочурку в щёку и передал её Кате.

— Идите сюда, — обхватил я жён, по очереди поцеловал их, ещё раз чмокнув детей.

— Ну, всё, любимые. Мы отбываем.

Я посмотрел на своих жён. И что поразило меня больше всего — не было теперь у них на лицах страха.

Как будто и не было его никогда. Они смотрели на меня спокойно и уверенно. Не хватало только одного…

— Ты когда вернёшься? Попрошу Семёновну тесто на блины поставить.

Я не выдержал и рассмеялся. Смех поддержали мои жёны. Вот именно этого мне и не хватало.

Я кивнул, размашистым шагом вышел из комнаты, где меня поджидало ещё одно существо, с которым я просто обязан был проститься лишь лично. Медоед терпеливо сидел за дверью, не заходя вовнутрь и не мешая моему прощанию. Но прямо сейчас он требовал внимания.

Я поднял его на руки и заглянул в его маленькие глаза-бусинки.

— Извини, что мы прервались с Драко, но я быстренько вернусь и мы продолжим.

«Удачи тебе, Охотник», — раздался в голове мысленный голос.

— О! Рад, что ты почти нормальный, — улыбнулся я. — По возвращению нас ждёт серьёзный разговор.

«Это зависит от того, с каким результатом ты вернёшься, Охотник», — улыбнулся медоед.

— И чувство юмора у тебя уже появилось. Ну, надо же, какая неожиданность, — хмыкнул я.

«Оно у меня всегда было, в отличие от тебя», — опять раздались мысли медоеда.

— Чувствую, будет весело. Ну, собственно, ты за старшего и знаешь, что делать.

«Знаю! Никакого Инферно в доме», — хрюкнул Затупок и, не оборачиваясь, деловито побежал по своим делам.

А я переместился в квартиру Андросовых. Первое, что я увидел — встревоженные глаза Светы.

— Привет, подруга, — наклонился я, поцеловав. — Можно? — кивнул я на маленький свёрток, который был у неё на груди.

— Конечно, — тут же заулыбалась Светлана.

— Привет, моя будущая крестница, — сказал я, аккуратно беря её на руки.