Слуга поклонился и вышел. Махарани вытащила следующую карту.

– Не имела удовольствия, ваше высочество.

– Раньше на этих фестивалях было очень весело. Отовсюду съезжались раджпуты, играли на своих великолепных слонах в поло. Слонов украшали узорами – и бивни, и хоботы, и ноги. Даже ногти! – Она обвела рукой комнату, показывая, как щедро расписывали слонов. – До того как махарани Латика вышла за моего пасынка, я вручала приз за самого красивого слона. И однажды мне в ответ подарили Мадхо Сингха.

Попугай снова свистнул и проверещал:

– Намасте! Бонжур! Милости просим!

Махарани перевела взгляд на дверь. Сквозь щелку в гостиную заглядывал Малик. Я окаменела. Сколько раз я ему повторила, чтобы ждал снаружи? Разве я не объясняла, что от старшей махарани зависит наше будущее?

Она поманила его пальцем, Малик робко вошел в комнату и завертел головой, силясь понять, кто свистит. Я порадовалась, что в тот день, когда Парвати пообещала рекомендовать меня во дворец, я справила Малику желтую рубашку с длинными рукавами и белые брюки. Сегодня утром, едва Малик переступил порог дома миссис Айенгар, я вымыла и умастила маслом его волосы, а шею и уши терла так усердно, что они покраснели. Даже сандалии сегодня были ему по ноге.

Махарани с любопытством разглядывала Малика, он же, не обращая на нее внимания, глазел на птицу.

– Не хочешь поздороваться с моим золотцем?

Мадхо Сингх перелетел с жердочки на спинку дивана махарани.

– Золотце, – очаровательно повторила птица.

– Доброе утро, – проговорил мальчик, не отрывая взгляда от птицы.

– Намасте! Бонжур! Милости просим!

– Умная птица, – согласился Мадхо Сингх.

Махарани, с интересом наблюдавшая за Маликом, спросила:

Малик изобразил задумчивость. Сперва вперился в потолок, потом посмотрел на махарани.

– Мне нравится думать, что восемь.

Уголки ее напомаженных губ дрогнули, и махарани расплылась в улыбке.

– Какая прелесть. – Она затряслась от смеха, так что у нее забулькало в горле, зазвенели браслеты и зашуршало сари. – Твой? – Махарани перевела взгляд с Малика на меня.

Она снова посмотрела на Малика.

– Молодой человек, какие сласти вы любите?

– Какие сласти вы любите? – передразнила птица.

Малик сосредоточенно наморщил лоб и снова уставился в потолок.

Я покраснела, подвинулась к краю кушетки.

– Ваше высочество, мы пришли исполнить ваши желания, а не обременять вас нашими.

Махарани округлила глаза.

– Но Мадхо Сингх будет счастлив. Разве нет?

Малик с еле заметной улыбкой взглянул на меня, словно спрашивал, что за игру мы затеяли и можно ли ему с нами.

Малик вытаращился на меня. Я повела плечом. Кто я такая, чтобы спорить с махарани? Попугай же, казалось, понял каждое ее слово и мигом перелетел со спинки кушетки на обтянутое белым жилетом плечо слуги.