В соседней палате на свободной койке спал Ману. Он всю ночь вел машину – вез меня из Джайпура в Шимлу.

Радха икнула, я протянула ей свой носовой платок, и она высморкалась.

При встрече она крикнула, как ребенок: «Джиджи!» И я, не раздумывая, обняла ее – насколько позволял ее живот. Она дрожала.

– Все в порядке. Все будет хорошо, – сказала я. Доктор Кумар, который привел меня к ней, сообщил, что вчера, когда Радха привезла Канту в больницу, дал моей сестре успокоительное.

Вот о чем писал доктор Кумар. Радха уже привязалась к ребенку и не вынесет разлуки. Но я ничего не сказала. Давно уже сестра так не льнула ко мне. И я боялась ее оттолкнуть.

Радха ахнула, и я отстранилась, недоумевая, в чем дело. Она в изумлении таращилась на меня. Раскрыла рот, но не вымолвила ни слова. Потом издала оглушительный вопль.

Как и в первую нашу встречу, доктор Кумар обвел взглядом комнату – металлический стол, кожаные кресла, выцветшая фотокарточка леди Брэдли – и наконец посмотрел на меня.

– Мальчик. Семь фунтов, плюс-минус унция. Некрупный, но абсолютно здоровый. Радха чувствует себя хорошо. Ее швы со временем заживут.

– Сестры его обмывают, а потом, как вы и просили, отнесут в палату для новорожденных.

Доктор перевел взгляд на батик со слоном и погонщиком, висящий на стене позади меня.

– Внутренние органы не пострадали. От инфекции даем лекарства. Но… я не хотел говорить, миссис Агарвал настояла. – Доктор Кумар уставился на свои руки. – Она не сможет иметь детей. Ее организм перенес тяжелейшую травму.

Ох, Канта. Я схватилась за грудь, чтобы успокоить сердце.

– Все-таки ваши лекарства лучше моих трав, доктор Кумар. Ни одно из моих снадобий не помогло ей сохранить ребенка.

– Без вашей помощи она вообще не смогла бы зачать.

Вошла медсестра, протянула доктору чашку чая. Он отдал ее мне, попросил принести еще одну.

– Пейте, миссис Шастри. Пожалуйста. У вас измученный вид.

Я с благодарностью взяла чашку.

– Я еще не привыкла к высокогорью. Мы ехали сюда по такому серпантину… теперь я понимаю, почему люди предпочитают поезд.

– Рад, что вы добрались благополучно. – Он уставился на свои ботинки.

Медсестра принесла чашку горячего чая, отдала доктору. Под глазами у него набрякли мешки: он тоже всю ночь не спал.

– Я хочу вам кое-что показать. – Доктор Кумар провел меня по коридору. Через двойные двери мы вышли в сад. Здесь, в Гималаях, солнце было ближе и такое нестерпимо яркое, что я зажмурилась. Глаза не сразу приспособились к свету, но наконец я, прищурясь, разглядела окружающие нас розовые розы, голубые гибискусы и оранжевые бугенвиллеи.

По садовым дорожкам в сопровождении родных и медсестер гуляли пациенты, кутаясь в шали от раннесентябрьской прохлады.

Доктор Кумар обвел сад рукой, в которой держал чашку.