Он ходит голым, не даёт тебе приготовить завтрак, приставая, ест за один раз столько, сколько ты за весь день, иногда матерится и грязно шутит…

– Разбрасывает носки, не убирает чашки из раковины, забывает выносить мусор? – добавляет Соня.

– Не так страшен, как малюют. Видишь ли, когда ты влюбляешься, некоторые бытовые мелочи можно простить. Не все! На некоторые стоит обратить внимание. Но вид твоего голого мужика точно не будет раздражать, только возбуждать.

– Если я вообще его найду, – строит рожицу подруга.

– О не волнуйся, он будет красавчиком.

«И звать его будут не Лёва, я надеюсь», – добавляю про себя.

Нет, внешне он бы очень ей подошёл, как раз ее типаж. Но этому грубому хаму-качку моя маленькая неопытная в любви подруга не светит. Мы ей получше найдём потом.

Прыгаем обратно в машину, завозим пакеты с купленным добром к Соне домой, а потом я долго у ворот жду появления подруги. Кино, Крис Хэмсворт, мороженое, все дела.

Жду и не дожидаюсь. Даже с улицы слышу какие-то крики. Впрочем, какие, догадаться очень легко.

Вздохнув, захожу во двор, где крики слышны лучше.

– Я от вас ухожу! Все! Точка! Ян, не надо меня успокаивать! И шмотки я верну, и деньги за них верну! Только пусть не трогают меня!

Ну трындец! Опять отчитывают Соню за то, что купила лишнего. Боже, у людей особняк двухэтажный, две машины на семью, а они дочери высказывают за купленный сарафан и новую помаду.

– Я сказала ухожу! – входная дверь распахивается, оттуда выглядывает Соня и замечает меня. – Можно у тебя переночевать? – киваю в знак согласия, а Соня снова скрывается в доме.

Через три минуты она появляется и за ручку тащит следом большой чемодан. Да, дела серьезные. Думаю, вечериночка с «Тором» будет не слишком весёлой.

Мы поднимаемся в мою комнату, закрываясь в ней, но через десять минут в дверь долбят яростным стуком, и это не мои родители, а Ян. Мы сто лет не собирались в моей комнате такой вот компанией, жаль, что это случилось лишь по такому поводу. Впускаю Яна, который сразу же садится рядом с младшей сестрой и обнимает, пытается ее успокоить.

– Соф, ну не надо так убиваться, ты же их не первый день знаешь.

– В том-то и дело, что не первый, и ничего не меняется! Им как было плевать на мои желания, так и есть! Ты доучишься и свалишь в свою Москву, а я? А мне как жить? Я съезжаю от них, все! Работать пойду. Придумаю что-нибудь.

– А куда-то пойдёшь? У тебя пока всего один курс образования, – продолжает гнуть свою линию Ян.

– Куда угодно! – захлебывается в истерике Соня. Я сижу рядом, но не лезу, позволяю брату выполнить его миссию. – Руки-ноги есть, найду работу! Да хоть официанткой! Возьмут куда-нибудь!

– Серьезно, Со? Официанткой? Будучи дочерью генерала?

Я откашливаюсь, привлекая внимание Янчика на себя.