Она медленно отстранилась и посмотрела на свои ладони, теперь покрытые его кровью. Ее одежда и волосы уже были пропитаны ее кровью и кровью русского. Она начала дрожать, ее широко раскрытые глаза пристально смотрели на меня.

— Ш-ш-ш, — промурлыкал я, касаясь ее щеки.

Она бросилась мне на грудь, крепко обхватив меня руками за талию. Я чуть не потерял равновесие, но тут же крепче обнял ее. Ее тело вибрировало от плача. Я обнял ее и прижался щекой к ее волосам. Возможно, мне следовало сказать ей что-нибудь, утешить ее. Слова никогда не подводили меня, но сейчас я не мог придумать, что сказать.

Ничего такого, что не звучало бы пусто или как чертова визитная карточка.

Долгое время она только плакала. Нино прошел мимо нас, впуская прибывших солдат. Вскоре комната наполнилась нашими мужчинами, которые держались на расстоянии от нас с Джеммой.

Нино дал мне знак, что ему нужно место для обыска всего ресторана в поисках доказательств. Его лицо, как обычно, оставалось бесстрастным.

Я встал, увлекая за собой Джемму, которая все еще цеплялась за меня.

— Где мама и Карлотта?

Она всхлипнула, глядя на меня так чертовски испуганно, что мне захотелось убить каждого ублюдка Братвы в стране.

— Они у себя дома. Диего позвонил им по дороге сюда.

Облегчение, сопровождаемое ужасом, заполнило лицо Джеммы.

— Боже, — Джемма в ужасе зажала рот рукой. — Что нам теперь делать? Без Папы? Как мама собирается оплачивать счета за Карлотту? Как мы будем жить без папы? Без ресторанов?

— Я позабочусь обо всех вас, — сказал Диего.

Он стоял возле вращающейся двери, словно не мог заставить себя подойти ближе к отцу.

Римо вошел в ресторан следом, таща русского за собой.

Мужчина дергался, но все еще был без сознания.

— Я собираюсь отвести его в Сахарницу.

— Я заберу Джемму с собой домой. Тогда ты сможешь проверить ее, Нино, и она будет в безопасности, — сказал я.

Диего даже не протестовал, и это показывало, насколько он расстроен.

— Я поеду домой проведать маму и Карлотту.

— Я уже послал туда нескольких человек на всякий случай, а также пастора, — сказал Нино.

Диего кивнул, затем посмотрел на русского, прежде чем его глаза встретились с моими.

Я молча кивнул. Римо протянул Диего ключи от машины.

— Вот, возьми мою машину и проверь, как там твои мать и сестра.

В конце концов, он подошел к своему отцу, прежде чем выбежать на улицу.

Обняв Джемму за талию, я повел ее к своей машине. Она казалась в состоянии шока, судя по тому, как тряслись ее зубы и отсутствующему взгляду в ее глазах. Она откинулась на заднее сиденье и закрыла глаза. Она ничего не сказала по дороге в особняк. Нино сказал, что ей нужно немного полежать. Позже он снова наведается к ней. Она последовала за мной внутрь, тяжело опираясь на меня.