Но Свят большую часть забот берёт на себя, заставляя меня отдыхать.

А ещё… Я чувствую себя неуклюжей в обращении с ребёнком. Кто бы мог подумать, что муж, который раньше вообще не интересовался детьми, теперь будет учить меня всему и давать советы.

– Вот это масло нам подходит. После подгузника нужно смазать кожу, а то поначалу у нас дикое раздражение было.

– Соску эту выброси вообще, Богдаша её не любит. А вот этой штукой нужно носик ему прочистить.

Ох-х-х! Тяжело. Но это такое счастье, что словами не описать.

Укладываемся уже после полуночи. Я уютно устраиваюсь в объятиях мужа. Он зацеловывает меня всю, но… Мы оба слишком уставшие, да и продолжение мне пока противопоказано…

Хоть тело со мной и не согласно…

Засыпаем. Варюсь в жаркой истоме. Но чувствую во сне родные и сильные руки мужа. Мне хорошо, тепло, безопасно…

Снится, как мы со Святом гуляем в весеннем парке. Кругом цветы и зелень. Наш малыш уже бегает, пытаясь поймать бабочку.

Вдруг налетает ледяной ветер. С головки сына слетает панамка. Догоняю его, чтобы поднять на руки. И тут замечаю вдали какую-то странную женщину в чёрном.

Она в платке, плечи её опущены, как будто она убита горем. От неё веет тоской и глубокой печалью.

Зябко обнимаю себя за плечи. Оборачиваюсь, Свята нет. Куда он делся?

– Свят! – зову его громко.

Но на месте, где он только что стоял, я снова вижу ту самую женщину.

– Вы что-то хотели? – спрашиваю я и вздрагиваю от пугающего эха моего голоса. – Вам чем-то помочь?

– Нет! Нам уже нельзя помочь! – оборачивается она.

И я в ужасе узнаю себя… Бледную, больную, одинокую…

Просыпаюсь с криком…

– Маша, что такое? – шепчет сонно Свят. – Ты что, малышка? – гладит меня губами по лицу. – Тебе плохо?

Чувствую, как под моей рукой начинает сбито колотиться его сердце.

– Нет, нет, – выравниваю дыхание, прижимаясь к мужу ближе. – Мне хорошо. Мне очень хорошо… Обними меня крепче…

– Не пугай меня, малышка, пожалуйста…

– Это просто сон плохой. Бывает…, – тороплюсь успокоить его.

– Что за сон? – настороженно спрашивает.

– Ерунда… Не бери в голову.

Я и сама не поняла, что меня так напугало… Свята точно не стоит беспокоить такими пустяками.

Лежим в тишине, Свят нежно поглаживает меня по спине, но я чувствую, не успокоился ещё, о чём-то напряжённо думает.

– Маш, давай обвенчаемся, – вдруг выдаёт он.

Я поражённо замираю, потом приподнимаюсь на локтях, рассматривая лицо мужа озадаченно.

– Свят, это ты мне предлагаешь?

– Я, – кивает уверенно.

По лицу вижу – не пошутил. Более того, что-то такое ранимое затаилось в его взгляде…

– Зачем тебе это? – хмурюсь.

– Всё просто, – как-то надтреснуто усмехается. – Если ты снова решишь улететь от меня на небо, чтобы потом мы с тобой там встретились, сидели на лавочке и семечки щёлкали.