Кайзерлихмарине пользовался любым удобным случаем, чтобы совершать набеги на британские владения, и успеть уйти от погони, укрывшись за минными заграждениями и береговыми батареями, подводя корабли Ройял Нэви под торпедные атаки субмарин.

Так что третья по счету англо-бурская война приняла сейчас совсем иной характер, явно в не пользу «владычицы мира»…

«PAX GERMANICA» сентябрь-декабрь 1914 года Глава 50

— Ты зачастил в Петербург, Генрих, и не скажу, что мне это не нравится. Наоборот, весьма познавательное вышло на этот раз чтение. Что ж — такого будущего мне не нужно, но за него воевать придется.

— Вилли сильно обеспокоен тем, что нас сейчас усиленно стравливают, сей рознь и взаимное недоверие. Это старый прием англичан, и они его не раз использовали к своей выгоде.

— У ирландцев на этот счет даже есть присказка — «если два добрых соседа неожиданно разругались, значит, накануне у одного из них ночевал англичанин». Я понимаю это, Генрих — мне все уши прожжужали, что как только вы победите Францию, то многомиллионный рейхсвер двинется на Россию. И так ведь сделал тот австрийский мазурик, что тоже двинулся на восток через двадцать семь лет…

Принц остановился, замолчал, тягостно дыша — закурил сигарету, а вот пальцы чуточку дрожали от нешуточных переживаний.

И в сердцах произнес, с неожиданно закипевшей ненавистью:

— Они не остановятся в своем желании доминировать в мире. Все заявления, красивые слова не более чем флер, который скрывает яростное желание кучки дельцов, которые уже печатают собственные деньги от лица промышленно развитой державы, править всем мир. Мне не нравятся идеи глобализации, которые они будут проводить в будущем, как и сама их эта Федеральная Резервная Система.

Ее надо уничтожить, даже если для этого придется воевать во второй раз. Насмерть…

Генрих остановился, внимательно посмотрел на молчавшего по своему обыкновению императора. Николай Александрович тоже курил, пристально глядя на какую-то настенную точку. Затем тихо произнес:

— Англичанам ничего не остается, кроме стравливания и провокаций, а для этого у них всегда найдутся помощники, — улыбка принца Генриха вышла недоброй, он знал, что такие разговоры в Порте идут.

Сказано все предельно четко — речь шла о реализации идей их тайных бесед.

Кайзер и его брат гросс-адмирал прекрасно понимали ситуацию, союзные взаимоотношения с турками носили временный характер. И как османы были «вечным врагом» для России, потому что внешнеполитические интересы диаметрально расходились, так и «вечными союзниками» Англии, без участия которой сохранить свою империю они не могли. И Лондон этим пользовался, отхватывая от Порты кусок за куском, пока, наконец, ее не развалил. И все потому что у Англии нет друзей, а есть вечные интересы.