— Вот! — кивает ему в тон Наталья Валентиновна. — А говорят, молодёжь не умеет работать. Катерина — пример, что всё не так плохо в образовании.

— Отличный пример, — подчёркивает Константин Львович, а мне хочется закатить глаза. — Очень яркий.

Наталья Валентиновна извиняется и на пару секунд отвлекается к подошедшей по срочному делу секретарше, а я строго смотрю на мужчину.

— Заеду в семь, — шепчет он мне на ухо, обдав кожу на шее дыханием и пустив по спине толпу мурашек.

Потом он коротко подмигивает и, продолжая беседу с директором, идёт дальше к выходу. А я застываю на месте, ощущая, как в груди гулко бахает сердце.

Заедет? Куда? Откуда он знает, где я живу? Не могла же ему Наталья Валентиновна рассказать.

Внутри набухает тревожное чувство. Я не чувствую себя в безопасности рядом с этим мужчиной, что же тогда говорить о том, чтобы идти с ним на ужин. И зачем я только ляпнула вчера про эти доски!

— Кать, — ко мне в пустом коридоре подходит Карина. — Это же тот мужик, с которым ты разговаривала на экскурсии, да?

— Да, — отвечаю мрачно.

— И что ему надо? Я видела, он тебе что-то шепнул, а ты вся побледнела.

— У тебя “окно”? — спрашиваю, повернувшись к подруге.

— Да, мальчишка из третьего класса, с которым я должна сейчас заниматься, заболел. Хочешь, чаю у меня выпьем?

Я киваю, и мы с Кариной поднимаемся к ней. Она набирает в коридоре воды в чайник и ставит его закипать. Я пересказываю ей, как познакомилась с Константином и про его подкат. Делюсь, что мне как-то совсем не по себе.

— Слушай, как коршун кружит над тобой, — хмурится Карина. — Ну а с другой стороны, Кать, в чём проблема? Не старый, красавчик, явно при бабле. Ты, вроде как, вполне себе свободна.

— Не знаю, Карин, он когда смотрит, у меня внутри стынет. Не то чтобы страх появляется, но какое-то напряжение, что ли.

— Сексуальное? — тянет улыбку подруга, на что в ответ получает от меня саркастично поднятые брови. — А как его зовут?

— Константин Макарский. И я о нём ничего не знаю, как я пойду с ним на ужин?

Карина поднимает палец вверх, сообщая, что ей пришла в голову мысль, а потом притаскивает со своего стола ноутбук. Заходит в поисковик и набивает в строке имя и фамилию мужчины.

Сразу выпадает целая галерея его фото и несколько ссылок."

"— Та-а-ак… — тянет она, — смотрим. Макарский… учёный, доктор экономических наук… — кривится и поднимает на меня печальные глаза, а потом продолжает: — шестьдесят два года. Лев Антонович…

— Нет, это его отец, возможно, — перебиваю. — Он представлялся как Константин Львович.

— Да и на шестьдесят два точно не тянет, — кивает Карина и продолжает поиск. Вот, нашла, кажется! Константин Львович Макарский, девяностого года рождения… уже лучше! Тридцать один год — не шестьдесят два.