– У меня нет ни мобильников, ни других электронных устройств, которые позволили бы выяснить мое местоположение и добраться до меня. Единственная техника, которой я пользуюсь, появилась в девяностые годы, когда межнациональным корпорациям еще не позволялось вводить в свою продукцию отслеживающий код.

Мила вспомнила его автомобиль и компьютер. И Энигма прибегал к тем же приемам.

– Я потратил много времени, чтобы прийти к такому результату, – похвастался хозяин дома. – Но в конце концов у меня получилось… Я не существую.

– Как же мне тебя называть?

– Паскаль, – повторила Мила.

 – Как язык программирования, полагаю, – прибегла она к своим скудным познаниям в информатике.

Мужчина промолчал. Тогда Мила, решив идти напролом, указала на очки:

– Расскажи мне о безымянной игре.

Человек в красной горнолыжной маске прошел в кухонный уголок и поставил чайник на электрическую плитку.

– Игра называется «Дубль», но некоторые именуют ее «Запредел», – начал он. – Ее запустили он-лайн чуть раньше начала нового тысячелетия: поэтому графика в ней не так разработана, как в современных видеоиграх. Но по-моему, этот ее винтажный облик поистине прекрасен, ты не находишь?

Мила не отвечала: какая ей разница?

– И все же было бы непростительной ошибкой считать «Дубль» всего лишь игрой, ибо вначале то была прежде всего удивительная утопия.

В голосе Паскаля зазвучали ностальгические нотки.

– Создатели «Дубля» предпочли остаться анонимными, о них ходит масса легенд. Но главное – они задумали параллельное измерение, виртуальный мир, представляющий собой точную копию реального, – мир, где можно было осуществить революционный социальный эксперимент… «Запредел» должен был стать прообразом мира будущего, способом протестировать новые модели и новые формулы, способствующие прогрессу человечества.

Паскаль говорил убежденно, со страстью, а Мила до сих пор не могла понять, ждать ли от него помощи, или он попросту сумасшедший.

– Удивительно, что любой мог стать частью этой великой мечты: войдя в «Дубль», ты мог найти работу, заработать денег, купить дом, обзавестись имуществом, и все внутри игры. И не абы какую работу, а такую, которая способствовала бы процветанию нового общества, ибо правило «Дубля» гласило, что благосостояние каждого распространяется на всех.

Ты мог сделать карьеру, добиться успеха, признания, но только при условии, что это принесет пользу также и другим… В «Дубле» не существовало безработицы, классовой борьбы или социальной несправедливости.

– Ты мог быть кем угодно или обязательно было выступать под своим именем?

– Ты выбирал себе аватар и был волен играть любую роль. Но все быстро усваивали, что в «Дубле» предпочтительный выбор – чистосердечие.