– Я не вправе делиться с тобой информацией, которой располагаю: ведь я теперь гражданское лицо.

По правде говоря, она не хотела вовлекать Бериша, потому что боялась за него. Была убеждена, что Джоанна Шаттон постарается переложить на кого-то ответственность за свой провал и вскоре в Управлении начнут искать козла отпущения. Много голов полетит, и Миле не улыбалось, чтобы и Бериш попал в мясорубку по ее вине.

– Нарываешься на неприятности, верно? – спросил старый друг, будто читая ее мысли.

– У меня нет никакого права проводить расследование, – признала она. – Но я должна разрешить сомнение: ты же знаешь меня.

– А если кто-то увидит тебя здесь? Ты так или иначе меня впутаешь, ведь я ответственное лицо.

– Я всегда могу сказать, что сохранила ключи от кабинета. – Мила улыбнулась. – В приступе ностальгии.

Бериш оставался серьезным:

Они долго глядели друг на друга, не говоря ни слова.

– А как же Алиса? Индийская еда на ужин?

Об этом Мила успела забыть.

– Вот черт! – Ее охватило ужасное чувство вины.

Но в намерения Бериша не входило травить ей душу.

– Как зовут ее школьную подругу?

– Я позвоню ее матери и скажу, что ты задерживаешься.

Мила скинула ему номер.

– Попроси позвать Алису, она будет рада.

Старый друг-полицейский осуждающе покачал головой.

– Хич терпеть не может овощей, придется мне самому все это съесть, – сказал он на прощание.

Оставшись одна, Мила направилась к своему бывшему столу. Там горела единственная лампа, освещавшая кабинет.

Мила уселась перед старым компьютером. Ресурсы Лимба всегда были ограниченны. Дела о пропавших без вести не сулили славы, ведь в большинстве случаев они оставались нераскрытыми. «Зачем же зря тратить деньги?» – задавались вопросом бюрократы.

Мила включила компьютер, подождала, пока тот загрузится. Система немного тормозила, но вот наконец показался перечень дел, хранящихся в архиве.

Что же вбить в поисковик, задумалась она. Выбрала для начала «татуировку».

Как и следовало ожидать, появились сотни ссылок. Большей частью о пропавших без вести, делавших себе на протяжении жизни те или иные татуировки. Татуировка – ценная деталь для следователя, особенно в случаях похищения: примета, не подверженная изменениям во времени, оказывается полезней, чем старая фотография, если нужно опознать жертву через много лет, когда она уже успевает состариться.

Чтобы убрать лишнее, она ввела второе слово: «числа».

Количество дел сократилось на три четверти, но их все равно насчитывалось много. Мила просмотрела ряд фотографий, но все татуировки были однотипными: чаще всего люди запечатлевали у себя на коже какую-то важную дату.

Чтобы отфильтровать данные, нужно было ввести что-то еще.