Следующая бойница располагалась метрах в пятнадцати от первой. Но в отличии от неё она уже была забрана кованной решёткой. С факелом тут будут проблемы. Все-таки Ансельм дал маху, запретив нам пользоваться магией.

Горшок с грохотом разбился о железные прутья, расплескав бесцветное содержимое по подоконнику и внутренностям комнаты. Я щёлкнул пальцами и спустя несколько мгновений из окна вырвался столб пламени, опалив деревянные балки, поддерживавшие крышу.

— Вы, сука, что творите! — крик раздался внезапно, заставив меня обернуться. Из проулка выбежали четверо волчьих головорезов.

Их слегка пошатывало от выпитого, но на ногах они стояли довольно крепко. И оружие из рук не выпускали. Зараза. Началось, блять.

— Поджигатели, сука! Бей их! — крикнул второй и ублюдки сорвались с места. Правая рука поудобнее перехватила рукоятку меча, левая метнулась к кинжалу. Брони как таковой на ублюдках не было, только нательные рубахи и простые штаны. Лишь на одном была стёганка и некое подобие подшлемника, который он по какой-то причине забыл снять.

Первый урод был уже в паре шагов от меня, когда я рванулся ему навстречу.

Взмах мечом. Ублюдок умудряется перехватить его рукоятью своей двуручной гвизармы. Но вот на кинжал у него не остаётся ни времени, ни свободных рук. Длинное трёхгранное лезвие продирается сквозь плоть живота, как разогретый нож сквозь подтаявшее масло. Враг на мгновение опускает удивлённый и испуганный взгляд. Затем я выдираю клинок и с силой толкаю его, на его же товарищей, внося в их ряды сумятицу. Один из нападавших пытается отпихуть раненного, но терпит неудачу и падает вместе с ним. Двое других пытаются обойти меня с двух сторон. Несмотря на спиртное голова у них ещё умудряется соображать, но вот ноги стоят на земле крайне неуверенно. Этим и воспользуемся.

Шаг вперёд. Выпад. Широкий рубящий удар рвёт на его груди рубаху. Режет кожу и плоть, оставляя глубокий порез. Враг пытается отмахнуться. Второй уже наседает сзади. Рывок в сторону. Шаг, другой, третий. Ублюдки сталкиваются почти нос к носу. Один хватается рукой за грудь, тяжело дышит и шатается, едва ли не падая. Второй поворачивается ко мне и делает неуверенный шаг вперёд. Третий уже почти выбрался из под раненного товарища.

Надо быстрее с этим заканчивать.

Легонько подбрасываю кинжал, перехватывая его за лезвие и коротким резким движением бросаю его прямо в лоб наступающему головорезу. Удар. Враг неловко покачивается, а с рассечённого рукояткой лба начинает течь кровь. Зараза, над бросками надо ещё поработать. Два шага вперёд. Удар. Лезвие кацбальгера легко прорубается сквозь рубаху и вспарывает ублюдку брюхо. Разрез раскрывается и наружу тут же, вместе с тёмной, горячей кровью, вываливаются кишки ублюдка.