Если в грузовиках нет солдат, берём их, уничтожая водителей и экипаж. Приготовиться.

Меня заинтересовало, почему танк идёт один, вполне возможно, он из реммастерских, а грузовики вообще левые, скорее всего, догнали и не могут обогнать боевую машину, что занимала большую часть и так не широкой дороги. Подняв руку, я махнул мехводу на обочину, чтобы встал тут. Тот выполнил приказ, да и командир танка, что виднелся в люке башни, в микрофон продублировал мой приказ. Так же я остановил и оба грузовика. Оба водителя, пользуясь тем, что боевая машина начала сползать на обочину, объехали её и встали перед танком. Воспользовались, так сказать, моментом, но и мне пришлось сначала проверить их. Грузовики явно были перегружены, по посадке видно, а в том, что они не вместе с танком, я, как оказалось, ошибся. В грузовиках помимо боекомплекта для «четвёрки» было четыре бочки топлива для него. Ну, не совсем для него, скорее для подразделения, где состоял этот танк. А причина обгона банальная. Водителям надоело глотать пыль, поднятую гусеницами, и они решили, обогнав танк, в одиночку добраться до местоположения части, как оказалось, она недалеко. Тот самый штаб моторизованного полка, где якобы у полковника помяли личную «Альфа-Ромео». «Четвёрка» именно из этого полка была.

Проверив документы водителей и их путевые листы, я прошёл к танку, оттуда как раз спустился командир и покосился на нашего наблюдателя. Тот кивнул – чисто, можно работать. Выстрел из резко выхваченного из-за пояса вальтера ударил по ушам и нервам, командир танка, схватившись за грудь, упал у гусеницы, а я уж подскочил к люку мехвода и стрелял в него, а также и в других членов экипажа. Весь экипаж находился в танке на своих местах, видимо, то, что по лесной дороге двигались, поспособствовало, иначе они бы не сидели в душной коробке. К счастью, из люка мехвода можно было видеть весь экипаж. Да и один из бойцов подскочил ко мне на помощь и, забравшись на броню, через боковой люк застрелил последнего немца, что уже почти достал из кобуры парабеллум. С моей стороны его туша мехвода загораживала, никак достать не мог. При осмотре грузовиков солдат выявлено не было, только то, что и было записано в путевых листах и нарядах. Поэтому бойцы шустро вытащили тела немцев из танка. Разоружили и утащили на опушку.

Танк я лично заглушил, а то он на холостом ходу работал, и там один из бойцов прибирался. Вот сам танк отдавать я не хотел, но был вынужден, танкистов для него у меня не было. Как оказалось, лагерь окруженцев был едва в километре. Уже всю технику к ним перегнали, включая грузовик с продовольствием. Ему больше всего обрадовались. Я передал генералу через Подорожного, чтобы не экономили, мол, ещё добудем.