Сейчас он казался другим: степенным, блёклым, но я знала, стоит только солнцу скрыться, и улицы его вспыхнут миллионом огней. Точно так, как я только что. Миллион, миллиард ярких искр.

— Думаю, мы с этим справимся, — поглаживая по животу, Макс обхватил мой затылок и потёрся носом о щёку. Выдохнул всё с тем же рыком, снова погладил и нашёл губами губы.

— Почему ты не живёшь тут? — спросила я, наслаждаясь ласкающими лицо лучами солнца и лёгким ветром.

— Мне нравится мой загородный дом, — просто ответил Макс и, подойдя к краю крыши, взялся за ограждение. Окинул город спокойным, твёрдым взглядом, будто бы осматривал собственную территорию.

Я встала рядом. Порыв ветра заиграл с волосами, разметал их. Утро было прохладным, и здесь, на высоте, это чувствовалось особенно. Закутавшись в свитер, что дал мне Макс, я смотрела в направлении его взгляда и пыталась понять, о чём он думает. Как оказалось, квартира его занимала последний этаж девятиэтажного дома. Весь этаж, как я и предполагала. Мало того, имел он и свой собственный выход на крышу, откуда вид на город казался ещё более захватывающим.

Я сощурилась, глядя на наливающееся золотом солнце, заметила отъехавшую от какого-то клуба машину и проводила её безразличным взглядом.

По сладко ноющему телу растекалась приятная расслабленность, хотелось забраться под одеяло и пролежать ещё хотя бы пару часов, не думая ни о чём.

— Нам пора, — Макс как будто прочитал мои мысли. Убрал руку с поручня и посмотрел на меня. — Нужно ехать.

Я в последний раз окинула город взглядом и в который раз задалась вопросом, что будет дальше? Не только когда он узнает про брата, а вообще дальше. Что будет, если Иван всё-таки вернёт ему долг? А что, если так и не вернёт? В любом случае, по-прежнему уже не будет, это я знала наверняка.

И то, что с Иваном я тоже больше не буду ни при каком раскладе — тоже знала.

— Хочешь шоколадку? — не без скрытой издёвки спросил Макс, когда мы въехали на находящуюся по пути к загородному дому заправку.

Глянув на него, я поджала губы и вышла из машины. За неимением ничего более подходящего, пришлось надеть вчерашнее платье. К моему удивлению, в отличие от трусиков, оно оказалось целым. Даже лямки были на месте.

Накинув поверх одну из рубашек Макса, я завязала её узлом повыше талии и подвернула рукава до локтей. Выглядело это, должно быть, немного странно, но мне понравилось. Судя по взгляду, коим окинул меня Макс зайдя в комнату, ему тоже.

— Так хочешь или нет? — захлопнув дверцу со своей стороны, Макс посмотрел на меня поверх крыши. — Ты была хорошей девочкой, заслужила. — В уголке его рта появился намёк на усмешку.

— Тебе сказать, куда ты можешь засунуть свою шоколадку? — его небрежная усмешка злила меня.