Часть обосновалась на территориях Восточной Европы, в тех странах, где у ведьм хороший правовой статус.

— Но как они смогли? — Король, стоявший лицом к окну, резко развернулся к докладчикам. — Мы же так долго ссорили их с русским правительством и императором?

— Тут всё дело в неудачной попытке переворота, сир. — Маунтбэттен скривился, словно проглотил гнилой лимон. — Главным проводником наших идей в России, был великий князь Александр, сейчас пребывающий в изгнании. Чиновники и военные, так или иначе вскрывшиеся при перевороте, уволены и сосланы в Сибирь, на вечное поселение.

Таким образом мы полностью лишились возможности какого бы ни было влияния, и мысль, поданная этим, их князем, не нашла ни малейшего сопротивления. Таким образом ведьмы, сразу получили не только правовой и социальный статус, но и легальные источники дохода. Кроме того, каждая ведьма подписывает особый документ, где обязуется не проводить деструктивных ритуалов, не варить запрещённые зелья и так далее…

— Договор… — Произнёс словно сплюнул король.

— На крови, ваше величество. — Лорд Маунтбэттен поклонился. — Нарушение этого соглашения сразу становится известно Князю, и уже в его власти, наказание клятвопреступницы.

— Очень удобно, сир. — Пояснил Кавендиш. — Так, они свободно творили свою волшбу против японцев, и никто из ведьм не пострадал.

— Выходит, русские готовили для наших ведьм тёплую кровать? — Крикнул король, сжав руку в кулак. — Его любимая постельная грелка Нихарла, рыжая ирландка, с тонкой и гибкой фигурой, тоже сбежала, оставив после себя, спальню, которую пришлось очищать от ядов, трём грандам, на протяжении двух суток.

— Нет, не думаю Сир.

— Глава Форин Офис, поклонился. — Просто в ситуации, когда в общество влились десять тысяч ведьм и членов их семей, дополнительные тысячи уже не играли никакой роли. Для двухсот миллионов населения страны, это всё равно капля в море. Но я хочу отметить принципиальную роль в случившемся Владимира Соколова. Простолюдин выслужившийся до полковника их егерских войск, и поднявшийся до гранда.

— Милосердные боги! Да вы сами верите в то, что говорите, Лерой? — Устало произнёс король. Он, как и всякий холерик, легко воспламенялся, но также легко остывал, погружаясь в меланхолию.

— Простолюдин, ставший грандом? Да мы тут творим чудеса евгеники, сплетая перспективные линии семейных древ, для получения хотя бы магистров! Скажите, есть хотя бы один случай, когда магические способности проявились в простолюдине? А ведь указ о даровании такому человеку дворянства, существует уже пятьсот лет. Так что оставьте эти бредни, заставьте своих людей работать по-настоящему, и выясните всю подноготную этого человека.

— Слушаюсь Сир. — Маунтбеттен поклонился.